Они решили, что некоторая таинственность только подогреет любопытство, так что Элизабет старательно выполняла каждый пункт своего списка и каждой кумушке рассказывала что-нибудь новенькое относительно происхождения и появления Анастасии в столице. По ее словам, мать девушки, младшая сестра Уильяма, сбежала в молодости с неким молодым человеком и произвела на свет Анастасию. Необходимо было создать достаточно правдоподобную и в то же время благопристойную историю. Леди буквально ночей не спали и от души веселились, придумывая совершенно невероятные ситуации.
В их воображении она становилась то дочерью наследника некоей европейской королевской династии, то ребенком богатого турецкого работорговца, то, что соответствовало истине, отпрыском русского князя. И все это под величайшим секретом передавалось законодательницам школы злословия. Весь Лондон кипел и бурлил.
Уильяму поручили узнать, прибыл ли в Лондон маркиз, каковы его привычки, обычаи и какие дома он посещает. В конце концов они пошли на такой труд ради него, и будет несправедливо, если он не увидит Анастасию во всем блеске и новых нарядах.
Едва, как выразилась Элизабет, сцена была подготовлена, приглашения посыпались градом. Анастасию, которой еще только предстоял дебют в обществе, желала видеть на своем приеме или балу каждая светская дама, и все благодаря талантам Элизабет. Никогда еще слухи не были столь противоречивыми!
Однако первое появление Анастасии в свете должно было произойти на маскараде, который давала леди Виктория на будущей неделе.
Но Кристофера в списке приглашенных не было: неизвестно, успел ли он прибыть в Лондон, а кроме того, оставалась опасность, что он способен разоблачить новоявленную наследницу или, наоборот, предъявить на нее супружеские права. Все было возможно, вот почему дамы сгорали от волнения. От них зависело, завертятся ли колеса событий. Но предсказать исход задуманного было не в их власти."
"Их лихорадочная деятельность, суета, суматоха, вечерние беседы помогли Анастасии превозмочь тоску.
И дело было не только в потере единственной родственницы и ссоре с «мужем на одну ночь». Пришлось расстаться с цыганами: людьми, с которыми выросла, которым была небезразлична и о которых вспоминала с любовью. Она попрощалась с ними, хотя не сомневалась, что это не навсегда. Цыгане никогда не прощались навечно, если только их не разлучала смерть. Спроси их, и они скажут, что всегда готовы встретиться со старыми друзьями в своих скитаниях.
Заветный день наконец настал.
