Беседа вертелась вокруг этого весьма привлекательного предмета до тех пор, пока представители золотой молодежи не приблизились к театру. Но Кристофер, сам того не замечая, постепенно отставал и наконец остановился как вкопанный. Дэвид и Уолтер не сразу сообразили, что потеряли друга, но, вернувшись за ним, страшно удивились. Похоже, беседа спутников подействовала на него самым странным образом: лицо Кристофера было искажено яростью.
— Что это с ним? Должно быть, ему напомнили о той девчонке, похожей на цыганку, — шепотом предположил несколько напуганный Дэвид.
— Черт, ну и нарвались мы! Не везет, так не везет.
Но тут вмешался Уолтер.
— Знаешь, Кит, — рассудительно заметил он, — ты с самого начала отказался поведать нам о своей цыганке. Почему она бросила тебя? Ведь ты предложил ей прекрасные условия, а она наотрез отказалась. И отчего ты не в себе? Ведь на что и друзья, как не помочь в трудную минуту и не излить душу?
— Я ведь никогда не называл вам ее полное имя, верно? — сдавленно прохрипел Кристофер.
Дэвид, отнюдь не отличавшийся тупоумием, догадался первым и даже отступил от неожиданности.
— Святой Боже! Уж не хочешь ли сказать, что ее звали Анастасией Стефановой? Быть не может!
— Еще как может!
— Но не думаешь же ты, что…
— Вряд ли, — бросил маркиз. — Откуда? И кто возьмет на себя смелость вывести цыганку в общество?
— Ну и не забивай себе этим голову. Кит, это всего лишь несчастное совпадение. Мало ли на свете людей с одинаковыми именами? Забудь о своей цыганке и найди другую.
На свете столько женщин!
— Чертовски странное совпадение, — проворчал окончательно помрачневший Кристофер, — особенно если это имя — не совсем, скажем, типично для Англии и встречается не часто. Кроме того, мне не нравится столь неожиданное сходство! Тут дело нечисто!
— Прекрасно тебя понимаю и не виню за вспыльчивость. Действительно, тут что-то не так. Но вернемся к Анастасии, — не отставал Уолтер. — Почему она оставила тебя? Ведь вы провели ночь вместе."
"Уолтер начинал ему надоедать. Чересчур назойлив.
Если бы Кристофер хотел обсуждать с ним цыганочку, давно бы так и поступил. Однако, учитывая безумную, бушующую ревность, вспыхнувшую в нем при случайном упоминании о девушке, которая никак не могла быть Анастасией… Нет, они правы, ему необходимо исповедаться, хотя бы для того, чтобы выкинуть из головы другую, посмевшую прикрыться ее именем.
— Анастасии не понравилось, что ее считают моей любовницей. Так не понравилось, что она не захотела остаться.
