Зачем эти сложности?
“Вы — привлекательны, я — чертовски привлекателен…”
Где-то мы это уже слышали…
— Максан, пойми меня, — вздыхаю я, уже устав от разговора. Вот верно говорят, что есть такие мужики, которым проще дать, чем объяснить, почему нет… — Я ушла, потому что меня не устраивают те отношения, которые ты мне предлагаешь. Признаю, я испугалась, когда ты ты заявил… Такое. Я знаю, что для вас Брачная луна — это серьезно и навсегда. Но я не хочу мужчину! Я хочу работать! Развиваться! Мне это интересно!
— Ну и работай себе, — спокойно кивает Максан, и у меня складывается четкое понимание, что волк слышит только то, что ему надо.
А все остальное — пропускает мимо ушей, словно белый шум. Вот упертый! — Потом… Я же не запрещаю. То, что я говорил… Это влияние луны, я же объяснял. И еще и Тайгер этот… — он отчетливо скрипит зубами, полыхает раздраженным взглядом, — на них луна тоже влияет… Но по-другому чуть-чуть. Мне просто… отключило голову. Поверь, после полнолуния я бы пришел в себя, да я и пришел… И все осталось бы на том же месте! Кроме того, что все вокруг бы знали, что ты моя, и не претендовали.
— Да кому я нужна, черт! — с досадой прерываю я Максана, — до меня дела нет никому!
— Это тебе так кажется, — ревниво скалится волк. — А я с ума сходил… Постоянно. Все эти дни.
Вот так живешь себе, живешь… Работаешь спокойно. И знать не знаешь, что по тебе кто-то там с ума сходит.
О, сколько нам открытий чудных…
— Поэтому, Сандрина, хватит уже бегать. Поехали домой.
Глава 34
Поехали домой, значит…
Злость на этого непрошибаемого гада, привыкшего слышать только себя и, может быть, еще своего отца, потому что иерархия в стае — наше все, топит с головой.
И, на удивление, я настолько прихожу в себя, наполняюсь энергией разрушения и отчаяния, что весь наведенный Максаном морок властности растворяется, и все становится как-то кристально ярко. Прозрачно.
И с этим вдохновляющим на свершения настроем я и отвечаю, бесстрашно глядя в уверенные, властные зеленые глаза волка:
— Максан, я отказываюсь от твоего предложения.
От всех твоих предложений. Это не обсуждается и не поменяется. И я поеду домой сейчас, да. Вот только к себе.
Максан на полсекунды зависает, зрачки его расширяются, а в следующее мгновение я едва удерживаюсь на ногах, потому что волна властной силы, принуждающей к подчинению, настолько велика, что охватывает не только нас, словно коконом! Нет, она завихряется и шарашит по окрестностям на расстояние не меньше нескольких метров.
