Слишком долго Тимур мучил меня по ночам.
Абрамов рвет мою блузку в стороны. Вырывает с мясом пуговицы, а мне даже в голову не приходит, что придется выходить в таком виде в зал. Возвращаться к боссу.
Он усмехается, пока я часто и рвано дышу. Пока вдохнутый кислород застревает посередине глотки, а мои бедра властно разводятся по сторонам, вынуждая юбку неприлично задраться к талии.
И я ничего не могу с этим поделать. Вообще ничего. Совсем.
Это как сон. Мой сон наяву. Грязный. Порочный. С бешеной, почти невыносимой пульсацией между ног.
И если Тимур сейчас же не коснется меня там, я просто... просто умру.
Глава 57
Варвара
— Плохая учительница.. - Тимур прижимается ко мне, устраиваясь между моих разведенных ног.
Его пальцы отодвигают в сторону мои влажные трусики.
— Очень плохая учительница, - констатирует Абрамов ухмыльнувшись.
Жар от его пальцев обжигает нежную кожу внутренней поверхности бедер. Покрываюсь мурашками, и меня ведет.
Предвкушение играет в голове яркими вспышками желания.
Оживляет самые порочные и запретные мысли. О которых я никогда бы не сказала вслух.
Складочки все больше наливаются кровью. Вожделение без устали выступает влагой между моих ног. И я дрожу от нетерпения.
А Тимур не спешит. Играет. Как с добычей. Грозный тигр с маленьким глупым мышонком, попавшем в его лапы по лютой неосторожности.
И томление, что вызвано его пальцами, обводящими по кругу бутон, но до сих пор не коснувшимися его, вынуждает чувствительное местечко горячо пульсировать.
— Готова покричать для меня, кукла? - его голос больше напоминает рык. Жесткий.
Подавляющий. Отдающийся внутри меня.
И пальцы, наконец, обрушивают свою ласку на возбужденные складки. Касаются их. С жадностью.
И я вскрикиваю. Правда. Громко. Предательское тело само подается вперед. К краю. Ближе. К
НЕМУ.
Мне хочется избавления. Хочу, чтобы все закончилось. Прямо сейчас. Не могу думать. Что он делает со мной? Как вынуждает подчиняться? Реагировать? Падать? Лететь вниз.
.. С ним.
— Скажи, сучка, тебе нравится? — меня словно бьет током. Особенно, когда сильные пальцы обводят сочащуюся дырочку по кругу. Могу проурчать лишь что-то невнятно.
— Нравится, дрянь? Или мерзко? Настолько отвратительно, что ты сейчас кончишь?
— Боже.. - выдыхаю, раскрывая рот, когда два пальца Тимура оказываются внутри меня.
Вбиваются резко. Остро. До самой глубины. А ноги раздвигаются шире, пока юбка окончательно не задирается на талию.
