А второго уже привязывал увесистой цепью к батарее…
Но делопроизводительница пресекла его наивные ожидания:
– В ближайшие две недели ваша задача – изучить полицейские части, которые находятся в ведении господина Двуреченского. Это Мясницкая, Яузская, Мещанская, Басманная и Рогожская…
– Что значит изучить?"
"– То и значит. Вы должны наладить отношения с сыскными надзирателями, прикрепленными к участкам этих частей. Обойти сами участки вдоль и поперек, знать все проходные дворы, подозрительные меблирашки, притоны, темные трактиры и пивные, где обретаются фартовые.
Завести по возможности собственную агентуру среди дворников, коридорных в гостиницах, маркеров в биллиардных, половых в подозрительных трактирах. Вербовке негласной агентуры, правильному оформлению бумаг и тому, как пользоваться сыскным кредитом, вас обучит Викентий Саввич.
– Уф… На это полгода не хватит, – вздохнул Ратманов. Но барышня тут же его оборвала:
– Это еще не все. Вам нужно дополнительно ознакомиться вот с этими бумагами, тщательно изучить все должностные инструкции и действующие в империи законы и поставить везде свою подпись.
– Стефания Марковна закончила говорить и перекинула взгляд на кипу макулатуры, которая занимала большую часть соседнего стола и даже, что называется, с горкой. Сверху всю эту конструкцию прижимали несколько томов «Уложений о наказаниях уголовных и исправительных» – то бишь уголовный кодекс Российской империи.
Георгий присвистнул:
– Аккурат до Нового года.
– Половину до Рождества Христова, вторую половину до Нового года, – девушка взяла на себя роль капитана… капитана очевидности.
А пришелец из будущего припомнил, что до 1918 года в России главный религиозный праздник отмечали 25 декабря, а не 7 января.
– М-да… – только и произнес он, глядя на кипу бумаг. – И где мне все это подписывать?
– А вот тут, – кивнула Стефания Марковна на тот же соседний стол. – Обычно тут сидит заведующий столом приводов. Но сейчас он болеет, можете этим воспользоваться. Пока.
– М-да… – промычал Георгий вторично.
В управлении царили шум и гвалт, почти как на вокзале. Каждую секунду хлопали различные двери, с улицы приходили либо, наоборот, уходили бесконечные посетители. До своего личного кабинета, как у Двуреченского, простому агенту, да еще и второго разряда, было еще ой как далеко…
5А ведь имелся еще Лодыга… Для которого находиться в бегах становилось уже нормой. Ратманов все еще хотел выяснить, где до недавнего времени тот сидел.
