Та особенно беспокоилась, что ее младший сын – формально не цесаревич. Также «милая Аликс» отказалась от назначения регента и запретила пускать к мужу министров, замкнув все государственные вопросы на себя и на полтора месяца став фактической правительницей огромной державы…
Анечка Вырубова, тогда еще Танеева, знала обо всем этом от отца – обер-гофмейстера императорского двора, главноуправляющего Собственной Его Императорского Величества канцелярией Александра Сергеевича Танеева. Знала она и о том, что большинство придворных, и без того недолюбливавших царицу-немку, вспоминали тот короткий период женского правления с содроганием и сделали бы все, чтобы оно никогда не повторилось.
Хотя сейчас Александру Федоровну ненавидели не меньше, если не больше, а заодно и ее лучшую подругу…
Сама Анна была назначена фрейлиной императрицы лишь в 1904-м. А еще через три года вышла замуж за морского офицера Александра Вырубова.
«Во время венчания я чувствовала себя чужой возле своего жениха. Налево стояли их величества, окруженные детьми, великими княжнами, и дети великого князя Павла Александровича.
Один из них, великий князь Дмитрий Павлович, принявший впоследствии участие в убийстве Распутина, в день моей свадьбы был очаровательным мальчиком. Гостей звали, кажется, лишь по выбору их величеств…» – вспоминала она впоследствии.
И почти сразу выяснилось, что бравый морской офицер психически нездоров, ему все еще снилось крушение броненосца «Петропавловск» в марте 1904 года. На корабле тогда погибли сотни моряков, адмирал Макаров и художник-баталист Верещагин.
Но Вырубов выжил. А затем каким-то чудом сумел зарекомендовать себя и в семействе Танеевых, и при дворе.
Чтобы через год после громкой свадьбы брак был расторгнут, муж отъехал в швейцарскую клинику для душевнобольных, а жена навсегда осталась «повенчана» с царской фамилией. Причем вне какого-либо официального статуса. Фрейлиной замужняя дама быть уже не могла. Но продолжала регулярно навещать подругу и плодить слухи о нездоровых отношениях с семьей номер один, распускаемых в том числе фрейлинами, которые носили это звание по праву.
Разумеется, Аня считала, что и сама виновата в несложившейся личной жизни. Вовремя не высказала своего веского мнения, соглашаясь с тем, что советовали другие. Или просто была не создана для обычной семьи, по воле истории родившись, чтобы прислуживать другим… Конечно, все это не могло не вызывать в ее молодой трепетной душе противоречивых чувств, сомнений и слез.
