Если эти решения будут приняты ЦК партии, то носить они будут режим строгой секретности, вы меня понимаете?
— Так точно товарищ Сталин!
Сталин остановился, изучая западную границу СССР.
— Мы не можем допустить, чтобы наши противники говорили о том, что мы собираемся оставить часть территории врагу, даже как вы считаете на непродолжительное время, для перемалывания ударных группировок врага.
Неужели это случилось, подумал Зинченко, он уже отправлял Сталину несколько докладных записок с обоснованием необходимости отселения части населения с западных областей Украины и Беларуси, но все в пустую, его даже несколько раз обвинили в трусости, и вот призрачная надежда, Сталину нужно дать понять, что это его решение.
— Товарищ Сталин, в своей агитации мы можем говорить, что мировой империализм коварен и будет ориентироваться на внезапное нападение, без объявления войны, и поэтому мы не можем исключить, что в результате коварного внезапного удара нам придется некоторое время отступать, чтобы восстановить линию фронта, для этого можно пересмотреть, определённые положения в стратегических документах генерального штаба в области разработки Плана первой стратегической оборонительной операции.
Наркомату подготовки войск необходимо уделить больше внимания на подготовку подразделений к ведению оборонительных боёв, уничтожению бронетехники противника, организации правильных и четких действий по выходу из боя и организованному перемещению на новые, подготовленные для обороны рубежи.
Кроме того отступление следует рассматривать как способ заманить противника в подготовленные огневые мешки или под удар наших танковых подразделений. Политуправление РККА должно разъяснить командирам и бойцам, что партия и лично товарищ Сталин рассматривает отступление и оборону в начальный период войны как хитрый план по изматыванию и обману противника с целью подготовки решительного и молниеносного контрудара.
Сталин, слушал слова Зинченко, практически стоя спиной к участникам совещания генерального штаба и смотрел на карту, потом вдруг повернулся.
"
"— Товарищ Тимошенко, я знаю, что выступление товарища Зинченко расходится с взглядами Академии генерального штаба, но оно не является революционным в области оперативного искусства. Мы знаем с Вами примеры правильно организованного стратегического отступления, которое привело к полному разгрому превосходящих сил противника.
