23 февраля нарядом 53-го Даурского (в Читинской области) пограничного отряда был ранен при нарушении советской границы на острове в районе пограничного знака? 268 на реке Аргунь и взят в плен унтер-офицер Томигава.
26 февраля в боевом столкновении на советской территории японскими военнослужащими был захвачен раненым пограничник красноармеец Моков, захвачен также труп красноармейца Гузеватого, нарушители смогли беспрепятственно уйти на свою сторону, в Маньчжурию и увели захваченного Советского пограничника, а также унести тело убитого.
5 марта японцы вновь нарушили советскую государственную границу в Приморском крае на участке Гродековского погранотряда. В ходе боевого столкновения были убиты капитан Такисабура Хосисукэ, ефрейтор Оцуба и солдат-маньчжур Ли Люнцзин…"".
Зинченко закончил чтение и вернул документ Берии.
— Всё это укладывается в ту историю, которую мы изучали в 21 веке — задумчиво произнес Зинченко — в той истории советская сторона никак не могла быть заинтересована в новом обострении конфликта на своей дальневосточной границе, и тогда ты Лаврентий, все-таки согласился на передачу всех задержанных лиц и трупов убитых Японцев.
Не помню дату, но вроде бы это был май 1939 года.
— Знаешь, это еще не все, они — Берия явно намекал на наших восточных соседей Японцев или их шестерок Маньчжурцев — высказали ультиматум Монголии о немедленной передачи части государственной границы.
— А что не так с границей, в чем подвох? — не понял Зинченко."
"— Эти требования, как бы сказать, не совсем обоснованы, провокационны и носят характер долгосрочных планов.
Вопреки официальным картам, на которых ранее была зафиксирована государственная граница Внешней Монголии и Китайской империи (МНР и Маньчжоу-Го) восточнее реки Халхин-Гол на 20–25 километров, японские власти стали настаивать на новой делимитации границы, то есть на признании реки Халхин-Гол пограничной чертой между Монголией и Маньчжоу-Го. Многочисленные документы на сей счет, которые имеются в монгольской столице Улан-Баторе, японо-маньчжурской стороной во внимание не принимаются.
Более того, линия государственной границы в районе реки Халхин-Гол на японских картах начиная с 1935 года стала переноситься вглубь Монголии на расстояние до 20 километров. На картах же до 1934 года такого не было вовсе. То есть наши Монгольские друзья уже и так уступили, часть своей территории, а тут новое давление.
— А ты Лаврентий не считаешь это противоходом — спросил Зинченко.
