Подкидыш для хулигана

Белое платье, ладони, и даже волосы измазаны в гуаши. Как и белая обивка дивана.

— Валим, мелкая, — подхватил Марьяну на руки, и пока отец не разорался еще и из-за разведенной вокруг грязи, пошел к выходу.

— Краски забыла, — запищала малышка. – Дядь Леша, ну краски же. И рисунок.

— Купим краски, — пообещал. – Купим. А сейчас домой, мелкая.

На съемную квартиру к Стасу я не поехал, хотя вещи малышки нужно бы собрать. Догадался лишь документы ее захватить, и то лишь потому, что Стас напомнил. Трижды повторил, что папка со свидетельством о рождении, и прочими бумагами, лежит в прикроватной тумбочке.

— А мы где? – защебетала Марьяна, когда я открыл дверь в свою квартиру. – Дядь Леш, когда папа придет?

— Папа… иди-ка сюда, мелкая, — подозвал к себе подпрыгивающую девочку.

Марьяна подошла. Ну до чего же маленькая! Ростом мне до карманов джинсов не достает. Присел на корточки, чтобы быть вровень с девочкой – смешная такая, в краске вымазана. Надо сказать, что Стаса больше нет. Она ведь его дочь, имеет право знать, да и Стас говорил, что с дочкой как со взрослой предпочитает разговаривать.

Не врал ей. Про гадину-мать рассказал, которая предпочла скинуть ребенка на Стаса, и ни разу не поинтересовалась ею. Значит, и я не должен врать.

— Марьяна, твой папа… он…

Смотрю в голубые глаза ребенка, и… не могу. Ну не могу я сказать, что Стас поехал в магазин за молоком для каши на завтрак, и разбился. Чудом меня дождался, успел сказать важное, взять обещание, и умер. Может, завтра сказать?

Точно, подожду до завтра.

— Уехал. Пока со мной поживешь, — взъерошил светлые кудри девочки, и поднялся. – Сейчас найдем, во что тебе переодеться.

— А краски? – строго напомнила Марьяна, и я вздохнул.

— И пойдем за красками. Я же обещал.

— Горин, неужели вы почтили нас своим присутствием?! – Анна Павловна окинула взглядом двухметрового балбеса, вошедшего в аудиторию. — Надо же! Хоть под конец занятия удостоили нас счастьем вас лицезреть!

— Здрасьте, – кивнул мажор, неспешно идя по проходу к своей любимой задней парте.

А я привычно закатила глаза, встретившись с Лешей взглядом.

— Скучала, пчелка? – прошептал он, проходя мимо меня, на что я показала ему язык. — Вижу, что скучала.

Надо было не язык ему показать, а средний палец. Скучала… да век бы его не видела!

— Леха так выглядит, – вздохнула жалостливая Ануш – моя лучшая подруга. — Устал, будто. Круги под глазами.

— Угу, устал. По тусовкам таскаться – дело тяжелое.