Онлайн-библиотека книг
Ведь так?
Ведь не сможет?
— Стань моим грязным секретом, Даша, — обнимаю ее, чувствуя дрожь тела, и аромат, острый, женский, яркий… — Просто признайся, Дарья, ты тоже хочешь этого!
Вздох, еще вздох… В ее глазах неверие? Обида? Или что-то другое?
Мне кажется, или в ее голове сейчас крутятся шестеренки, циферки. Подсчитывает, во что мне обойдется моя маленькая слабость?
А я на адреналине, я ловлю кайф, чувствую нереальный подъем, все кипит внутри! Это предвкушение!
Мне нужен ее ответ! И… я готов принять только один ответ!
— «Да», Даша! Скажи мне «да»!
Я сам не очень хорошо понимаю, что делаю.
Я не должен ее касаться сейчас, но мои руки сами по себе оказываются там, где оказываются.
Мне всегда нравились ее ноги, длинные, стройные, с красивыми коленками…
Я одержим ею…
Чёрт. Я поэтому и решился предложить брак Марьяне.
Никогда я не буду так сходить с ума по ней. С Марьяной все просто — расчет с обеих сторон.
Холодный респектабельный брак.
С Дашей никогда бы не было такого. Она всегда сводила бы меня с ума.
Впрочем, почему всегда? Сколько мне нужно, чтобы пресытится ею? Месяц? Два? Полгода?
Я готов.
— Скажи, Даша!
— Нет, никогда!
Хлесткая пощечина, которую я не успеваю предотвратить. Жестко, больно.
И… смешно!
Она думает, меня это остановит?
Следующий ее замах я блокирую, резко поднимаю ее, прижимаю к стене.
— Зря, Колесникова! Очень зря!
Господи, какой же это кайф! Держать ее в руках, чувствовать!
— Даша… даю тебе еще один шанс дать правильный ответ!
Ощущаю ее в руках, и башню сносит.
Прижимаюсь к ее губам.
Не ласкаю — наказываю! За те месяцы, когда сходил с ума. За те дни, когда готов был провалиться в ад без нее! За год, вычеркнутый из жизни!
Сам не понимаю, что делаю с ней, прихожу в себя от того, что она дико бьется в моих руках и кричит.
— Не надо, Максим, одумайся, прошу! Не надо…
Чёрт.
Я чуть не переступил грань…
Отпускаю ее, дышу тяжело.
Она сползает по стене, буквально падая на пол. Чувствую себя отвратительно, понимая, что готов был сотворить.
Или это я сам?
Вижу ее состояние, и меня просто оглушает боль. И раскаяние.
Даже если она лгала, даже если поступила со мной подло — она все равно не заслуживает подобного обращения.
— Даша, — сам не узнаю свой глухой голос, — прости…
— Максим… что с тобой стало? Ты же не был таким? Зачем ты так со мной?
— Извини.
— Пожалуйста, отпусти меня. Я… я верну деньги, правда.
