Подлец

- Не переживайте, Нина, с разводом я помогу и оформим все в кратчайшие сроки. Ваше присутствие совсем не обязательно, - радует меня новостью.

- В ближайшее время я постараюсь закрыть долги и расплатиться, - обещаю адвокату.

- Не торопитесь, не горит, думаю, что после официального оформления всех бумаг мы сможем более детально обговорить этот вопрос. Есть и другие способы отблагодарить меня, не только в деньгах счастье, - на лице Глеба появляется улыбка.

Приятно, что он отозвался на мой звонок и просьбу помочь с Мироном, после нападения мужа я находилась действительно в отчаянии, не зная куда бежать, и что делать, а он без сомнения взялся за мое дело и помог настолько быстро, что я до сих пор нахожусь под впечатлением.

Казалось, что Мирону никто не указ, не знаю, чем Глеб Денисович его припугнул, но подпись мужа стоит на бумагах о недвижимости и я чувствую себя по-настоящему счастливой, однако если адвокат считает, что я буду платить за услуги не деньгами, а сексом, то…

- Нина, я говорю о совместном ужине, - продолжает мужчина, будто прочитав мои возмущенные мысли.

- Что? – растерянно на него смотрю. – Я не понимаю, зачем вам это?

- Правда? Мне кажется, что между нами изначально пробежала искра интереса, если это не так – исправьте. Простите, но я мужчина прямой, не люблю ходить вокруг да около. Вы мне нравитесь, и желание провести вечер за ужином в хорошем ресторане не считаю плохой идеей.

Почему-то сразу вспоминаю Аркашу. Знаю, что он влюблен, впрочем, и сама совсем недавно считала, что его попытки сблизиться вызывают во мне трепет.

Он совершенно посторонний, чужой, но вызывает во мне совсем иные эмоции – они жаром отзываются в теле, и я испытываю настоящее смущение рядом с этим мужчиной. Не буду врать, мне нравится его власть, умение решать проблемы и находить ответы на многие вопросы. Не обратись я к Глебу, как к детективу – вряд ли бы раскрыла тайны и разгребла махинации, которые за моей спиной проворачивал Мирон.

Эти ощущения пугают и пробуждают во мне женщину. С Аркадием спокойно, я не чувствую себя уязвимой, он отличный друг и прекрасно относится к моим детям. А что Глеб?

Для него я простушка, а чужое потомство явно не вызывает восторга. После всех лишений, которые познали мои дети по вине родного отца – больше не готова ставить на пьедестал мужчину. Я и так испытываю огромную вину за то, что так долго была слепа и глуха до правды.