Подонок

— Дёёмааа, а как же целую неделю жить теперь будем?

Обняла его за шею, счастливая и в тоже время расстроенная, что он растратился.

— Прорвемся. Я еще одну работу нашел.

— Какую?

— Бар охранять буду.

— В субботу и воскресенье теперь тоже не с нами?

Спросила грустно и погладила его взъерошенные волосы.

— Прости, Кузнечик, деньги нужны. Но ты ж справишься, да?

Щелкнул по курносому носу.

— Справлюсь. Петарда уже привыкла ко мне. Слушается.

— Вот и хорошо. Вы поладите. Я знаю.

Кивнула и в этот момент ужасно на сестру свою была похожа.

Сердце тоской сжало. Ощутил, как соскучился. Полдня не видел и опять поехать хотелось.

— А…Михайлина? Когда ее выпустят?

— Скоро…как улучшения будут, так и отпустят.

— А они будут?

Не верили даже дети. Все держалось только на нем.

— Обязательно будут. Утром к ней все вместе поедем.

Но утром они никуда не поехали.

* * *Странно стоять по ту сторону от красивой жизни. Стоять и смотреть с улицы на праздник души и тела, который устраивают его сверстники. Наркота, выпивка, телки.

Отжигают по полной. Проходят мимо него, даже не замечая. А он на входе, как придурок. На селекции. Второсортный. Сам когда-то даже не помнил, как они выглядят эти охранники. А теперь стоял как они в куртке с логотипом, в бейсболке. Прав отец. Никто он и ничто. Без денег в этой жизни ты ноль без палочки.

Надо думать, что замутить. Когда-то вместе с Нирваной прикидывали магазин с IQOS открыть, вложить деньги деда, а теперь деньги ушли на другое, намного более важное.

— О, бля! Нихрена се! Демон ты ли это?

Увидел Нирвану с двумя девками блондинками.

Как всегда, под чем-то, девок за задницы придерживает. Ухмылка злорадная до ушей. После их последнего разговора дружба больше не заклеилась.

— Кто это? Твой друг? — удивились блондинки. То ли близнецы, то ли он одинаковых где-то вечно находит. Они сейчас все на одно лицо. Одинаковые, выпяченные «уткой» губы, обтянутые скулы, накладные ресницы, брови в поллица и волосы до задницы. Тоже накладные. Винировая улыбка, силикон прет из-под тесного платья.

Соски то ли настоящие, то ли тоже приклеенные торчат торчком.

— Та да. Дружбанелло мой. Ну что, бро, ты че тут делаешь? Работаешь? Реально?

— Работаю. Иди давай. Развлекайся.

Ощущение, что сегодня кому-то пустят кровь появилось где-то на уровне затылка и застучало в висках.

— Че хмуро так? А ты че…эту училку пое***ваешь в больнице? Правду говорят?

— Иди давай. А то тебя самого в больнице пое***вать будут.

Мрачно посмотрел на бывшего друга.