Подонок, ты будешь думать, что меня больше нет...

Меня невероятно сильно сгрызала совесть и я даже сказала, что сделаю все, что угодно, лишь бы сгладить вину. На мои слова Винченсо долго не отвечал. Молчал и долго сверлил меня взглядом от которого у меня почему-то начали гореть щеки.

В итоге, Медичи сказал, что моей вины ни в чем нет Так же он грубо приказал мне убираться с его спальни. Я не ушла, мы поссорились и закончилось все тем, что Винченсо вышвырнул меня за дверь. Правда, перед тем, как он это сделал, я, в пылу нашей очередной ссоры, очень хорошенько пошутила касательно его мужского достоинства, которое с утра пораньше стояло колом и виднелось через ткань штанов большим бугром.

Я назвала Медичи подростком в пубертатный период, а он меня глупой малолеткой, которую он когда-нибудь проучит.

Насколько я потом слышала, Винченсо сам решил эту проблему. Даже своему отцу не дал возможности вмешаться, сказав, что он уже в том возрасте, когда со всеми делами следует разбираться самостоятельно. Но, это уже сейчас было не главным.

Главным было наше общение, которое всегда являлось ненормальным.

Мы ссорились, ругались, оскорбляли друг друга, но все же разговаривали и Винченсо в следствии этого мне многое прощал. Кстати, наверное именно поэтому я после принесенного мне унижения, все же вновь начала с ним общаться. Медичи ведь многое мне прощал. Мне так же стоило пойти навстречу. Да и Винченсо, своими приездами и настойчивостью, не давал мне другого выбора.

Несколько раз моргнув, я прогнала из головы все воспоминания и вновь очутилась в этой злополучной спальне наедине с Винченсо, который сейчас был похож на сущего беса, намеревающегося показать мне, что такое Ад.

Один только свирепый взгляд чего стоил.

Но я все же хотела отвлечь его на разговор.

— Почему ты делаешь все это? — не дождавшись ответа на предыдущий вопрос, я задала второй.

Вновь украдкой посмотрела на Медичи. Пока я витала в своих мыслях, он успел расстегнуть верхние пуговицы на своей рубашке и обмотать галстук вокруг массивной ладони, которую тут же сжал в кулак И почему нехорошее предчувствие, бушующее у меня в сознании, после этого зрелища значительно разрослось?

— Зачем кольцо? — я продолжала задавать вопросы и все еще старалась выглядеть, как Фелиса.

Говорила тихо, смотрела в пол и сжимала ладонями ткань толстовки, хотя хотелось встать ровно и посмотреть Медичи в глаза. — Почему ты не давал мне уехать из Милана?

Винченсо на мои вопросы не отвечал и только сейчас я поняла, что весь мой план пошел коту под хвост.