Подонок, ты будешь думать, что меня больше нет...

Медичи слушал меня, когда я была Ромолой, а как Фелису вообще ни во что не ставил.

— Ты не знаешь своего места, Фелиса, — сказал Медичи, приближаясь ко мне. — Стоит его показать.

— Подожди, я не… — договорить я не смогла.

Прежде, чем я успела хоть что-нибудь сделать, Винченсо оказался рядом. Пальцы одной руки он сжал на предплечье, а второй нажал мне на поясницу. Тело тут же пронзила жуткая боль и я упала на пол. С губ сорвался стон и я выгнулась на полу, стараясь унять невыносимые ощущения.

Мне было так больно, а он смотрел на мое извивающееся тело без малейшего признака сочувствия.

Бездушный и жестокий подонок. Даже не дав возможности хотя бы прийти в себя, Медичи одной рукой подхватил меня за талию и уже в следующее мгновение швырнул на кровать. Я подпрыгнула на матрасе и на четвереньках отползла к изголовью, стараясь унять дрожь и пытаясь найти в себе силы для дальнейшего сопротивления.

— Не трогай меня. Это противозаконно, — сама понимала, что мои слова его не остановят, но все же произнесла их.

— Опять ломаешься? Цену набиваешь? — Винченсо оскалился.

— Рот закрой. Он тебе нужен не для того, чтобы разговаривать, — Медичи склонил голову набок и прижег меня своим взглядом.

Я не сразу поняла, что толстовка задралась и оголила низ живота, открывая вид на красные отметины, оставленные губами Ксиана. Уже сейчас понимала, что Винченсо неизвестно чего себе надумал, а эти засосы лишь подтвердили его предположения.

— Иди сюда, — пока я поправляла кофту, прозвучал очередной приказ Медичи.

Я опять подняла голову и посмотрела на него. Винченсо стоял около края кровать и смотрел на меня сверху вниз, но, тем не менее, жесткий взгляд, грубый голос и напряженное от злости тело, делали его по настоящему страшным. Тем, кто подавлял и явно не собирался терпеть неповиновения своим словам, но, тем не менее, на его приказ я отрицательно покачала головой и пробормотала:

— Отпусти меня. Я не хочу…

— Меня не хочешь? — Медичи опустился одним коленом на матрас, из-за чего он сильно прогнулся.

Для меня его приближение было более чем опасным, поэтому, я попыталась отползти назад, но тут же спиной уперлась в изголовье. — Ну, конечно.

Ты же этой ночью уже «хотела» Яна Наверное, хорошенько перед ним ноги раздвигала, раз теперь имеешь наглость отказывать мне.

— Ты все не так понял, — я попыталась оправдаться, при этом мысленно проклиная все на свете. Как же было тяжело оставаться Фелисой и при этом находиться в такой критичной ситуации.