Мне было жутко неприятно, когда Винченсо называл меня плоскогрудой малолеткой, на которую не посмотрит ни один парень, но сейчас я так невыносимо сильно хотела, чтобы он опять обратился ко мне именно так пренебрежительно, ведь намного более невыносимо болезненными словами казались те, которые он говорил сейчас.
— Какое-то время я тебя ненавидел, за то, что ты, сама того не понимая, делала со мной. Взрывала мне голову и заставляла чувствовать себя гребанным педофилом. Трахался с другими, а представлял тебя и после этого хотелось взять и застрелиться.
Бл*ть, Мелкая, я пытался не думать о тебе, но, твою же мать, у меня ничего не получалось. И в голове раз за разом, раз за разом сжирающие меня вопросы. Что она делает? Где сейчас? С кем она?
От этих слов я затаила дыхание, чувствуя, как щеки залил румянец и кожу начало покалывать. Не перебивала Винченсо. Хотела услышать его слова."
"— Я бы никогда не позволил кому-либо другому быть с тобой, но почти смирился с тем, что сам тебя не трону. Но вот ты пришла ко мне в начале лета и я понял, что Мелкая, уже не мелкая.
Ты была не в привычной для себя гребанной мешковатой одежде и уже просматривались формы не девочки, а девушки. Я впервые увидел тебя именно такой и у меня окончательно сорвало крышу. Ты тогда сидела на стуле, крутилась, ехидничала, стонала и выкрикивала мое имя, разыгрывая идиотскую сценку, а я смотрел на тебя и мысленно уже разложил на столе, порвал на тебе всю одежду и оттрахал во всех позах и не один раз. Но тогда я тебя прогнал.
Бл*ть, я так долго пытался себя настроить на то, чтобы никогда тебя не трогать и в тот день все еще пытался цепляться за это. Ведь у меняя к тебе была не банальная похоть. Не получилось бы просто отодрать тебя вдоволь и отпустить. Или вообще не трогать, или раз и навсегда сделать своей. И всю следующую неделю я пытался убедить себя вернуться к прежнему решению не прикасаться к тебе, но близился твой восемнадцатый день рождения. День, когда ты окончательно стала бы взрослой и я…
Медичи замолчал и, рыкнув, шумно выдохнул.
Выругался и послышался грохот, будто он что-то ударил кулаком со всей силы.
— Что ты? — я хотела дослушать его слова.
— Мелкая, ты сегодня утром сказала, чтобы я нашел себе ту, на которой смогу жениться. Чтобы, она нарожала мне детей и с ней я жил долго и счастливо. Так вот за те два месяца, которые я думал, что ты мертва, понял, что больше ни с кем и никогда у меня не будет этого бл*дского «долго и счастливо». Я только тебя хочу.
