Пожирал мою душу и подчинял тело.
Винченсо потерся о меня вставшим членом и я сдавленно простонала. Стало невыносимо душно и жарко. Теперь каждый новый вдох давался с трудом, царапая горло и разрывая грудную клетку. Медичи сущий дьявол. Так просто, несмотря на плескающуюся во мне ненависть к нему, лишал разума и доводил до сумасшествия, давая уловить новую грань бешеных ощущений. И я тонула в них. Наполняла ими легкие и самовольно захлебывалась. Вместе с этим внутренне загибалась.
Мне было безумно хорошо и от этого невыносимо больно…
""Ромола, ты хотя бы понимаешь от чьих рук получаешь удовольствие?"" — сама себе задала вопрос.
Да, понимала. Я стонала под тем, кто меня чуть не уничтожил. Да и сейчас Винченсо мной просто пользовался. Он девушек ни во что не ставил. Даже свою невесту он не ценил, раз спал со мной. Для него девушки лишь безликие игрушки и я лишь одна из них.
— Черт, хочу… Мелкая, я тебя бл*ть так хочу… — прошипел мне в губы. Жарко и жадно. Накрыл мои губы своими и языком практически насиловал рот так, словно действительно желал меня одну и от голода был готов сожрать без остатка.
Я сорвалась — хотела выплеснуть в Медичи свои эмоции, надеясь, что они будут рвать его так же отчаянно, как и меня. Пальцы вплела в волосы Винченсо и сжала их. Неумело, но так безумно ответила на поцелуй, до крови прикусывая его губу. Выдрала края идеально выглаженной рубашки из брюк и рукой скользнула под нее, начиная царапать рельефный торс, бока и мощную спину.
Винченсо, почувствовав мой отклик, резко отстранился. От рванных и глубоких вдохов его грудь вздымалась, а мышцы казались напряженными до предела. Своими затуманенными глазами он скользнул по мне, особенно всматриваясь в лицо. Будто пытался понять, что сейчас происходило у меня в голове. Бесполезно. Я и сама этого не могла этого осознать.
Выдержать этот взгляд Винченсо слишком сложно и я, в какой-то невнятной попытке отвлечь его внимание, руку, которую все еще держала под его рубашкой, опустила вниз.
Провела ею внизу живота и пальцами слегка забралась под ремень.
Медичи ничего не сказал. Все еще не отрывая от меня своего взгляда, шумно выдохнул, а потом вновь поцеловал. На этот раз поцелуй не долгий, но сумасшедший. Вновь возвращающий в нас безумие.
Винченсо вновь отстранился. Кофту и лифчик, которые все еще были задраны до моих ключиц, он вовсе сорвал и бросил куда-то в сторону, после чего взял меня на руки и снял со стола.
