— Пока Джасинда в безопасности…
— Почему ты думаешь, что она в безопасности? — перекрикивая грохот пушек заорал Спар. — Посмотри на берег!
Тристан повернулся и побежал по палубе, перепрыгивая через груды деревянных обломков и кусков парусины. Она стояла на берегу, огненно-рыжие волосы покрывали ее лицо и плечи, в руку вцепился высокий человек в матросской форме. Тристан видел, как он тряс ее, принуждая поднять голову и посмотреть на уничтоженный корабль. Он дал ей пощечину.
Раздался неистовый крик Тристана, руки крепко сжали бортик.
Если бы его не остановил Спар, он бы бросился в воду и поплыл на берег.
— Так ты не поможешь ей! Они убьют тебя, прежде чем ты доберешься до берега. И ее могут убить. — Спар ослабил руки. — Трис, подумай! — Затем Спар развернулся и пошел к раненым и умирающим.
Беспомощность злила Тристана, жгла его вены, как парализующий яд. Он был в ловушке, пойман и обезоружен. Кораблю не было спасения. Не было спасения и людям. Но страшнее всего, что он не мог спасти Джасинду.
Он проклинал себя за то, что был таким дураком. Они не должны были ни в коем случае останавливаться. Надо было гнать «Габриэллу» на всех парусах подальше от этих вод, ближе к безопасным берегам Англии.
Но сдаваться?
С криком Тристан опять вернулся к пушкам. Он не сдастся. Он никогда не увидит своих матросов, своих друзей, разорванных в клочья или попавших в рабство. Единственной надеждой на спасение Джасинды было спасение корабля."
"Воздух пропитался дымом и огнем.
Удушливый, горячий дым обжигал волосы в носу, жалил глаза, когда Тристан готовился к очередной огневой атаке. Внезапно палуба под ногами, казалось, разорвалась на миллион кусков. Он отлетел и со страшной силой ударился о помпу. В глазах потемнело, и Тристан перестал осознавать происходящее вокруг него.
В ушах звенело, когда он пытался встать на колени. Кровь прилила к глазам, ужасная боль ослепила его. Тошнота притупила его ощущения. Наконец, он стал понимать, что происходит.
С трудом поднявшись, Тристан неуверенно держался на трясущихся ногах. Он попытался опереться о помпу, но рука безвольно повисла, отказываясь подчиняться. Другой рукой он дотронулся до правого плеча, на рубашке проступили красные пятна.
И тут раздались крики. Стирая кровь, струящуюся со лба, Тристан увидел пиратов, бегущих по палубе, и фрегат, к которому цепляли «Габриэллу», Тристан потянулся к пистолету, засунутому за пояс, и ринулся в бой.
