И вот сейчас она в нескольких шагах от него, на корабле. Ее захватчик причинил ей боль. Она стала свидетелем того, как служанку смыло в море. Девушка была испуганной, потрясенной и озябшей. Тристану так хотелось успокоить ее, обхватить руками и согреть, как это было. Он закрыл глаза, вспоминая…"
"Капитан стоял за штурвалом, боролся со штормом, отдавал приказы морякам, стараясь перекричать вой ветра. Оттуда, с кормы, он не мог видеть, что делается в проходе, ведущем вниз, к каютам. Он не знал, что там происходит, пока не заметил Джасинду, скользящую по палубе к борту корабля, и не понял, что она покинула свое укромное убежище.
Громко отдав нужный приказ, он передал штурвал Випу и наперекор беспощадно бурлящему морю начал пробираться к девушке. Он едва не опоздал. Уже чудовищная волна захлестнула Мэри. Тристан видел, как Джасинда отпустила спасительный канат, слышал, как она зовет Мэри по имени. Еще секунда, и было бы поздно. Он схватил ее руками и вырвал из пасти океана, затем отнес в каюту и оставил, плотно укутав одеялами в кровати.
Его губы шептали молитву, чтобы она не проснулась и снова не вышла из каюты. Капитан вернулся на свой пост к штурвалу.
Казалось, прошла вечность, прежде чем Тристан опять вошел в залитую водой каюту. Самое страшное осталось уже позади. Теперь они были в безопасности. Он подошел к кровати и взглянул на Джасинду. В его руках, дрожавших от напряжения, трепетала лампа, откидывая мерцающие волны света на ее влажную кожу. Он присел на кровать и убрал с ее щеки прилипший локон мокрых волос.
Она лежала, сжавшись в комок, и дрожала.
Тристан погасил лампу и прилег рядом с ней на узкую койку, обнял ее руками, отдавая ей тепло своего тела. Он прикоснулся губами к ее виску и погрузился в тревожный сон.
Проснулся Тристан с первым лучом света, едва проникающим в каюту, Джасинда еще спала в его объятиях. Он почувствовал тихую радость, которую не испытывал вот уже много месяцев, а возможно, и лет. Он наблюдал за ее сном и эгоистично надеялся, что она еще долго не проснется.
Когда девушка открыла глаза и повернула к нему свое лицо, казалось, не было более естественного порыва, чем поцеловать ее. И она вернулапоцелуй, искренне ответила ему. Что могло бы случиться, если бы не ее воспоминания о Мэри… Молча проклиная себя, Тристан отогнал свои мысли. Он не мог позволить себе так легкомысленно думать о ней. Она — леди, дочь графа. У нее своя судьба. Капитан корабля — пират, как думает она о нем, — не может стать ее судьбой.
