— Чем заслужил ваше царское внимание? — прохладно интересуется он, по прежнему стоя в дверях, — выкроила пару минут для быстрой встречи? Мне нужно скакать от радости? Вилять хвостом?
— Нет, — удрученно качаю головой, уже сомневаясь в том, что правильно поступила, придя сюда. Еще одного мужика с разборками я просто не выдержу. — Я, пожалуй, пойду."
"— Как хочешь, — жмёт плечами.
Кивнув, растерянно оборачиваюсь и ступаю к лифту, судорожно стискивая пальцами ремешок сумочки.
— Зачем приходила-то? — насмешливый вопрос в спину.
— Не знаю, — шепчу чуть дыша, а потом добляю тихо-тихо, — я от мужа ушла.
Лифт не успел уехать, поэтому стоит мне коснуться серебристой кнопки, как он приветливо распахивает свои двери.
Только я и шага не успеваю сделать, как меня подхватывают и рывком прижимают к крепкой груди.
— Что ты там промямлила? Я не расслышал? — напряженно чеканит он.
— Ничего. Все хорошо.
— Ты ушла от него? — требует ответа.
— Да.
Замираем оба. Молчим, только сердца грохочут так, что оглохнуть можно.
— Жень, пусти, я пойду, — устало выдыхаю, чувствуя себя опустошенной.
— Дурочка что ли? Никуда я тебя теперь не отпущу, — и, подхватив на руки, несёт к себе домой.
Ставит на ноги только в прихожей, после того, как запер дверь, словно боясь, что я сейчас передумаю и сбегу.
— Проходи, — легонько подталкивает дальше, вынуждая пройти вглубь квартиры. Я сдаюсь, позволяя ему себя вести, чувствуя, как внутреннее напряжение отступает.
Мы прошли в гостиную и остановились, не зная о чем говорить. Я чувствую себя скованно, смущаюсь как нецелованная девчонка.
— Жень, пожертвуешь мне футболку, — мямлю, глядя себе под ноги, — у меня ничего нет.
— Без проблем, хоть все забирай, — усмехается, наблюдая за мной со странным выражением лица.
— Что? — отвечаю удивленным взглядом.
— Да вот смотрю на тебя и думаю, ты действительно здесь, или мне это снится?
— Я здесь, — несмело улыбаюсь, делая шаг к нему.
— Не верю.
— Сама в шоке, — развожу руками, изображая крайнюю степень удивления. И тут мы рассмеялись, дружно, громко, а напряжение сковывающее изнутри начинает рассыпаться, падая блеклыми осколками.
Даже легче дышать становится.
— Насчет вещей не переживай, — отмахивается Майоров, — хочешь — завтра съездим заберем, хочешь — нового купим, а хочешь голой дома ходи…
— Надо же, щедрый какой и распутный…
— Ради тебя все, что угодно.
— Слушай, а, может, у тебя что-нибудь съедобное есть? — с надеждой смотрю на мужчину, с которым собираюсь жить долго и счастливо.
