Подстава. Книга вторая

В этот самый миг Боров всучил мне тарелку с овощами, Шорох подправил кресло так, что оно стало полулежательным, Кэл, тихо матерясь, вводил в мою капельницу еще херову тучу препаратов…

А я, с неимоверным аппетитом жуя, смотрела… кино. Херовое это было кино. Что-то среднее между ужастиком и трындец каким ужастиком. Судя по обзору съемки снимал Удав сам, он просто высокий, и то что он снял, было… В общем, мирное аристократическое поместье из которого сначала радостно выбегают, а потом не совсем радостно перерезают себе глотки охранники, а охраны там было полно.

– Поместье Эриха, – мгновенно определила я.

– Да, – подтвердил Удав, – я полагал, что ты можешь быть там, так что… Но ты не отвлекайся, смотри дальше.

Дальше было совсем не весело – народ в поместье явственно подхватил игру в «Самоубейся немедленно» и вполне успешно ее реализовывал. Самоубивались все, даже животные. И женщины. И… не хочу об этом.

А потом из главного дома вышла хрупкая женщина.

Она остановилась, пошатываясь, на ступенях и произнесла на тайремском:

– Хватит. Остановите это. Я вышла. Я сделаю все, что вы скажете.

Черт!

– Мать Эриха, – я потеряла аппетит от слова вообще, и вернула тарелку Борову.

Удав никак не прокомментировал мои слова, лишь холодно приказал:

– Смотри дальше.

И я просмотрела. Пронаблюдала за тем, как появляется чувак в белом, уже дохлый, кстати, и перед смертью я ему славно нос подправила, как поднимается к женщине, у нее волосы, кстати, были красивые, рыжевато-золотые такие, на ветру смотрелись красиво.

– Не здесь…пожалуйста… – донесся слабый голос предпоследнего усилителя на Тайреме.

Но чуваку было плевать. И ужастик превратился в весьма посредственное порно, на весьма короткий срок.

– Да, в постели он так себе, – выдал Удав.

– Да пошел ты вместе со своими комментариями! – не сдержалась я.

– Все еще не можешь простить мне Кей? – усмехнулся агент. А затем мрачно признался: – Мегер, я скажу тебе одну хрень – я пытался вмешаться, но у меня ничего не вышло.

На мониторе чувак в белом поднялся, и он был не один – его место занял чувак в зеленых одеждах… а он там тоже был не последним.

– Черт! – я отвернулась.

И тут же раздался голос Слепого:

– Мегер, твой мужик явно нервничает.