Подстава. Книга вторая

Было сложно, потому что Тамран из нормального тренера стал «Мелани, твои связки еще не восстановились», «Мелани, там же только кость срослась» и «Мелани, давай отдохнем, прогуляемся» и «Мелани, отдохнем, а?»… В общем, я скучала по тому мужику, который был способен утренировать вусмерть даже тайремских офицеров.

А по-ночам Эрих приходил, забирался в мою постель, прижимал к себе и нежно целовал волосы, висок, плечо, шею – все что под руку попадется в общем. А после засыпал, несмотря на то, что от его поцелуев как бы я как бы полностью просыпалась.

– Сволочь! – не выдержала я в одну ночь.

– Я тоже тебя люблю, – ответила сволочь.

Его рука мягко скользнула под мою сорочку, и Эрих написал, выводя по одной букве на моей вздрагивающей от его прикосновений коже: «Ты была права».

Улыбнулась, накрыла его ладонь своей, и вывела тоже по букве:

«Я всегда права».

И да – прослушка тут стояла танаргская, то есть сделано на совесть, чтоб ее!

«Скучаю», – написал Эрих.

Я заснула с улыбкой, ощущая его теплую ладонь на животе.

А потом наступил день, мать ее, свадьбы.

Меня потряхивать начало прямо с утра.

Так что вместо прогулки я устроила себе пробежку, вместо тренировки потребовала у Тамрана спарринг. Офицер скептически оглядев меня, посоветовал мечтать поменьше, и есть побольше. Короче, он отказался.

От злости и нервяка я пошла избивать грушу. Снаряд, висевший тут лет двадцть до меня, продержался минут пятнадцать, после чего груша треснула, песок высыпался, камера старого поколения, давно уже не работающая, свалилась тоже.

Подняв неликвид, пошла к стене, вызвала Харсейди и поинтересовалась:

– Риантан, а вы в курсе, что вас прослушивали?

Риантан появился в тренажерном зале спустя минуту, оглядел потную и мокрую меня и произнес, обращаясь к Тамрану:

– Вы ее вообще не кормите что ли?

Да ладно, в моей личной столовой комнате камер под сто присутствовало, я задолбалась считать.

Но держим мину до конца.

– Ага, не кормят, – кивнула я. – Так что, Рэндл, вы у нас ненадежный солдат, как я понимаю?

Харсейди молча посмотрел на меня. Молча, но выразительно.

Затем, игнорируя Тамрана, подошел ближе, медленно наклонился, и у моего уха, а я не дернулась даже когда эта махина наклоняться начала, едва слышно прошептал:

– Подозрительный.

– И в чем же вас подозревают? – повернув голову и вопросительно глядя на него, поинтересовалась я.