Подставная фигура

– Ну, – сказал его шеф. – И какого хрена ты здесь позабыл?

Дверь кабинета приотворилась. Атаманов, перенервничавший и уставший до чертиков, был близок к тому, чтобы закричать.

– Можно, Илья Сергеевич?

В дверном проеме показалось лицо Рината Шалибова.

– Какого хрена ты здесь позабыл, спрашиваю? – снова прогремел голос Куракина.

Шалибов слегка побледнел. Атаманов уже успел взять себя в руки.

– Заходи, не мнись! – бросил он с раздражением. – Это игрушки нашего бывшего шефа.

Ринат проскользнул в кабинет. Вслед за ним вразвалочку зашел, оглядываясь по сторонам, носатый тип в дубленке.

Из угла опять донесся нарастающий лязг и грохот.

– А чо это такое, слышь? – удивленно спросил носатый, обращаясь неизвестно к кому. Он жевал жвачку, непрерывно двигая челюстями.

– Это Татарин! – представил Ринат своего спутника, стараясь перекрыть посторонние звуки.

– Отключи эту свистопляску! – приказал Илья Сергеевич. – Она началась, когда я попробовал открыть стол!

Ринат повернулся к Татарину. Тот кивнул и не спеша прошелся по кабинету, двигая челюстями и словно принюхиваясь к чему-то длинным крючкообразным носом.

Грохот достиг своего пика и снова проследовал в дальний от стола угол. Татарин направился за ним. Наклонился. Отодвинул массивную напольную вазу из керамики и протянул туда руку. Послышался невнятный треск.

Звук прервался.

Татарин подошел к Атаманову и положил на стол маленькую звуковую колонку в виде пирамиды с торчащими из задней стенки проводами. Потом он пошел в противоположный угол, отыскал там вторую колонку и, выдрав ее из стены, положил на стол рядом с первой.

– Я сам чуть не обосрался, – сказал Татарин, издав неприятный смешок. – А чо, грамотно придумано, слышь, да?

Атаманов ничего не ответил, закурил и уселся в кресло Куракина.

– Значит так, Татарин. Мне нужно достать документы из стола и сейфа. Быстро и аккуратно. Ничего не курочить. При мне не выражаться и не смеяться идиотским смехом. И выплюнь резинку, а то тебе нечем будет ее жевать! Ты меня понял?

– Понял, шеф, – покладисто сказал Татарин.

Он выплюнул жвачку в ладонь и спрятал ее в карман. Приблизился к столу, дернул один из ящиков. Сказал: «Ясно». Заглянул под стол, затем принялся осматривать «ноутбук».

– Надо включить машинку, – сказал он и посмотрел на Атаманова. – Можно вас побеспокоить?

Ринат незаметно усмехнулся. Подобная учтивость была совершенно несвойственна бойцу. Значит, он почувствовал, что шеф действительно может вышибить ему все зубы.