Поединок соперниц

Атлас! Его совсем недавно начали привозить в Европу, а в Англии о нем и понятия не имели. Этот рулон предназначался для Гиты — ткань была светло-серой, цвета ее глаз. Об этом я думал, оплачивая покупку у арабского купца в далеком Иерусалиме, коротая дни на корабле, плывущем вдоль берегов Европы, снаряжая обоз с охранниками— тамплиерами, которым отдельно было велено доставить в Гронвуд этот кофр. Я с волнением представлял, как однажды преподнесу этот подарок внучке Хэрварда Вейка и расскажу, какой путь он проделал, чтобы стать оправой для ее красоты.

Тогда она поймет, что я неотступно, каждый день и каждый час помню о ней. Эти тончайшие дымчато-серебристые блики и переливы заскользят по ее груди, облекут ее стан, заструятся вдоль стройных ног. Одежда женщины, сшитая из атласа, даже в полумраке ничего не скрывает от глаз мужчины. А если коснуться ее и ощутить под ее прохладной шелковистостью упругость теплой кожи…

Клянусь небесами и преисподней — я желал Гиту до безумия! Но Пенда дал понять, что этими плотскими желаниями я снова ввергну ее в бездну бесчестья.

И все, что мне осталось, — это только мять в руках ткань для нее и представлять…

Я стремительно выбежал из комнаты и бросился вниз по лестнице. Я был как безумный в своей страсти. Потому и кинулся в общий зал, принялся разыскивать среди челяди, спавшей на тюфяках, одну из проституток, обитавших в Гронвуде. Такие женщины всегда появляются там, где есть много молодых неженатых мужчин. Я не мешал им заниматься своим ремеслом, если это никому не шло во вред.

Ранее я вообще не замечал их, и даже удивительно, что я не ошибся, отыскав в полумраке большого зала именно одну из этих женщин. Но как же я набросился на нее…

Лишь позже, уже возвращаясь в супружескую опочивальню, я подумал, что мое поведение вызовет недоумение. Что за прихоть — сбежать от красавицы жены ради развлечений с девкой? Хотя именно в Гронвуде меня и поймут. Здесь не любят графиню, но я не поручусь, что уже завтра ей не донесут о случившемся.

Приближалось время ярмарки, купцы и ремесленники стали съезжаться загодя, чтобы занять самые выгодные места. Прибывала и знать с домочадцами и свитой, и я строго следил, чтобы Бэртрада не отдавала предпочтения ни одной из групп местных дворян.

Среди приглашенных были столь важные и родовитые владельцы поместий, как лорд Уильям д’Обиньи, семейство де Кларов, могущественные Ридверсы, приехал и мой шериф де Чени.