Поединок соперниц

Могла ли такая женщина смириться с тем, что ее избранник изменил ей?

Но одно дело протестовать и отстаивать свою честь, и совсем другое — решиться на то, что произошло сегодняшней ночью… Неужели сестра моей Тильды способна на такое? В моем присутствии Тильда никогда не упоминала о своей рожденной вне брака сестре. Было ли это связано с обычным пренебрежением законных детей к бастардам? Или Бэртрада и в самом деле ничего не значила в глазах императрицы? В одном я был уверен: моя возлюбленная не испытывала родственных чувств к супруге Эдгара.

— Где сейчас находится графиня Норфолкская? — спросил я напрямик.

Эдгара все сильнее бил озноб, и в том, как клацнули его зубы, мне почудилось что-то зловещее.

— С самого Рождества она гостит в аббатстве Бери-Сент— Эдмундс. Большой город, постоянно новые лица. К тому же графиня дружна с настоятелем, преподобным Ансельмом. Чего не скажешь обо мне.

— Ваша супруга, милорд, как я замечаю, по-особому жалует людей, которые вам не по душе.

— Аминь, — усмехнулся Эдгар.

 — Так повелось с самого начала. Наш брак был страшной ошибкой, и мы с Бэртрадой давно поняли это. Но таинство свершилось, и мне ничего не оставалось, как попытаться ужиться с супругой. Я закрывал глаза на ее открытое неповиновение, на попытки разжечь против меня смуту, на предательство моих интересов. По вине Бэртрады погиб мой сын Адам — и я переступил через это. Но если она приложила руку к тому, что случилось сегодня…

И опять этот глухой стук зубов Эдгара, словно он уже грыз жену. Хотя он сейчас в таком состоянии, что может вытворить любую глупость.

А ведь его месть Бэртраде может принести им с Гитой только зло. Поэтому я сказал:

— Даже если убедитесь в причастности супруги, вам следует сохранять хладнокровие. Ведь графиня — дочь короля, а что такое ненависть Генриха Боклерка, я знаю, как никто другой. Вам не удастся расправиться с графиней, как с проходимцем Бигодом, ибо гнев короля обрушится не только на вас, но и на вашу возлюбленную и даже на дитя. Муж может поступить с провинившейся женой так, как сочтет нужным: изгнать, избить, заточить, навсегда пренебречь ею.

Но у вас нет права казнить ее. А ведь именно это сейчас у вас на уме, не так ли?

— Если окажется, что она причастна, — вновь повторил Эдгар, но на этот раз как-то устало.

Увы, если графская корона на континенте давала ее обладателю неограниченные свободы, то в Англии любой лорд прежде всего подданный короля. И Эдгара ничто не спасет, решись он превысить свои полномочия.