Я звонил тебе и думал об этом задании, но когда пришел на кладбище, все в голове спуталось. Ты прав, Гриша. Ты надежен, но если попадешься, то тебе крышка. Тут я тебе не помощник. Помни это.
– Буду помнить, если вознаграждение солидное.
– И ты туда же?
– Но, товарищ генерал, деньги – это стимул и азарт, а борьба за идею остается в сердце.
Боровский налил себе полный стакан водки и выпил его залпом, забыв предложить горячительный напиток сотруднику.
– Ладно, Григорий, обижен не будешь. Готовь себя к новому поприщу.
Приведи себя в форму. Разжирел на рэкете.
– Я свою руку знаю. Не промахнусь."
"– Закончим на этом. Точка. Главное твое задание будет заключаться в захвате эстафетной палочки киллеров в свои руки. Не брезгуй Саранцевым. Пусть его шпана на стреме постоит. Короче, так. Есть сведения, будто бы в казино «Орион» идет бойкая торговля наркотой и пригрелся штаб по координации и разработке операций на уничтожение всякой нечисти. Пусть уничтожают. Но хочу, чтобы руководство штабом исходило от меня, а значит, тебе придется взять подряд на отстрел в свои руки.
В казино верховодит Корин. По нашим каналам за ним ничего не числится. Либо слишком хитер, либо подставной. Второе хуже. Тебя уберут раньше, чем ты скажешь «мама». Подумай о прикрытии.
– Если я пойду нахрапом, то меня остановят ребята из райотдела. В моем районе «Ориона» нет.
– Я тебе дам «зеленую улицу». Мы возьмем какого-нибудь наркомана из твоего района, и ты откроешь на него дело. В его показаниях должен будет фигурировать «Орион».
Мне этого хватит, чтобы остановить любое препятствие на твоем пути.
– Если у меня развязаны руки, то я подберусь к кому угодно.
Ефимов не преувеличивал. Он подобрался ко всем, кто его интересовал. В его стратегии главную роль играли натиск, обескураживающее самомнение и наглость. Он мог плюнуть в лицо человеку, который целился ему в лоб. Он мог и безвинного за решетку посадить. У подполковника не существовало границ. Он всю жизнь во что-то играл. Победа! Это важно, а что за ней стоит – чушь собачья!
Ефимов возвращался домой довольный.
Наконец что-то животрепещущее появилось на горизонте. Будет чем душу отвести.
* * *Глядя на перрон станции. Белый сказал:
– Если нас ищут, то по всем законам здравого смысла они это делают здесь. Одно утешает: никому в голову не придет шарить в купейном вагоне пассажирского поезда, прибывшего с востока. Но если они здесь все обшарили, то где еще нас искать?
– В волчьем брюхе.
