Нужно проверить его выносливость.
– Понял.
– У тебя есть оружие?"
"– Табельного нет, – пожал плечами Горелов.
– Тоже мне сыщик.
– Но у вас тоже нет, Алексей Денисыч.
– Я следователь, а не сыскарь. Думать надо.
– Думай не думай, а нас накрыли.
– Полезай.
Лейтенант запрыгнул на полку и прижался к багажному отсеку, расположенному над дверью. Сычев сел у окна, напротив пленника. Главный зачинщик мирно валялся на полу с запекшейся на волосах кровью.
Ждать пришлось недолго. Дверь купе вновь распахнулась, и в проеме появился близнец предыдущих мордоворотов.
Горелову пришлось трижды испытывать его череп на прочность, пока он не приземлился на своего дружка, лежавшего у порога.
– Ну хватит. Больше сюда не влезет, – вскочил на ноги Сычев. – Вяжи его, Палыч, а я гляну, кто там остался.
Лейтенант передал следователю пистолет, и Сычев, пригнувшись, выскочил в коридор. Никого. Все двери купе закрыты. Он даже не знал, сколько человек едет в поезде и все ли купе заняты.
Ему казалось, что вагон пуст.
– Закройся, лейтенант. Самый хитрый где-то здесь пригрелся. Из последнего купе в коридор проникал свет. У проводника кто-то есть, или он дал деру. Выбирать не приходилось, начинать надо с конца.
Неожиданность уже не могла играть положительной роли. Одиночка мог испугаться и наделать глупостей, не видя рядом поддержки. Сычев пошел на риск и, сунув пистолет за пояс, демонстративно направился к последнему купе.
Проводник оказался на месте. Он сидел ближе к двери с заклеенным пластырем ртом.
Прячась за его спиной, сидел парень с чисто выбритым лицом, чуть больше тридцати, злобный прищур глаз, как у загнанного волка оскал. Ствол револьвера был прижат к виску проводника. Сычев остановился у порога и упер плечо в дверной косяк.
– Играем в казаки-разбойники с заложниками? – усмехаясь, спросил следователь. – К чему столько форса?
– Вот что, хмырь, выпусти моих ребят, а сам скройся в курятнике.
– Брось меня на понт брать. Стрелять не будешь. Ты же вор, а не мокрушник.
– Здесь тайга, мент. Я уйду, а вас в яму.
– А у тебя лыжи в тамбуре стоят? Брось туфту пороть. Такие, как ты, к тайге близко не подходят. По протоптанной дорожке прогуляться сможешь, да и то, если перед собой буфер пустишь из трех амбалов. На что ты их словил?
Словечки глупые говорить заставил. Они как дубы в тайге, громадные, но не страшные. Пистолет в руке и тот держать не умеют.
– А ты умеешь?
– А как же!
– Ну давай посмотрим, чья возьмет.
