Погоня

 – Я в порядке, Фитц. Правда.

– Я тебе не верю. – Дверь приоткрывается, и появляется его красивое, встревоженное лицо.

При взгляде на меня с его губ срывается ругательство. Через мгновение он опускается на колени рядом со мной. Теплой рукой приподнимает мой подбородок, вынуждая посмотреть ему в глаза.

– Что с тобой? – требует ответа он.

– Ничего, – снова дрожит мой голос.

– Ты плачешь. Это не ничего. – Его взгляд падает на обилие стикеров на полу. – Что это такое?

– Доказательство моей глупости, – бормочу я.

– Что?

– Ничего."

"– Прекрати отнекиваться. Поговори со мной. – Большим пальцем он нежно проводит по моей мокрой щеке. – Я умею слушать, правда. Расскажи мне, что случилось.

Мои губы начинают дрожать. Черт возьми, очередной прилив слез на подходе. И это снова злит меня.

– Я ни хрена не могу сделать, вот что случилось.

Протягиваю руку и смахиваю все стикеры прочь. Некоторые остаются на паркете, но остальные разлетаются по комнате, или их заносит под кровать.

– Это для статьи, над которой работаешь? – Фитц поднимает один листок и читает надпись.

– Для промежуточного экзамена, – шепчу я, – который я не сдам.

Выдохнув, он меняет позу и садится. Поколебавшись немного, тянется ко мне.

Возможно, если бы в данный момент я не чувствовала себя такой уязвимой, то нашла бы силы оттолкнуть соседа. Но я слаба и упала духом, когда он протягивает руки, забираюсь к парню на колени, спрятав лицо у него на груди, позволяю себя утешить.

– Послушай, – бормочет парень, поглаживая меня по спине, – психовать из-за учебы вполне нормально.

– И ты? – спрашиваю я слабым голосом.

– Постоянно.

Мужские мозолистые пальцы перебирают мои волосы, и неожиданно снова ощущаю себя ребенком. Мама всегда гладила меня по голове, когда я расстраивалась. Иногда и брат Ник так делал, если разбивала колено или ударялась головой, проказничая. Я была непоседливым ребенком. Черт, теперь я непоседливая взрослая.

Сильное тело Фитца согревает своим теплом. Прижимаюсь щекой к ключице и стыдливо признаюсь:

– У меня трудности в обучении.

– Дислексия? – уточняет он полным понимания голосом.

– Нет. Скорее, набор симптомов, относящихся к СДВГ. Мне очень трудно сосредоточиться и упорядочить мысли на бумаге. В детстве я принимала лекарства, но от них ужасно болела голова, мучили тошнота и головокружение, поэтому прием пришлось бросить. Я попыталась возобновить прием в подростковом возрасте, но побочные эффекты вернулись.