– Думаю, пора спать, – раздается низкий голос Фитца возле уха. Он стоит у меня за спиной, а я танцую под композицию Whitesnake из рок-подборки Холлиса.
Я собирала волосы в хвост, поэтому пряди хлестнули его по лицу, когда резко поворачиваюсь. Он даже не вздрагивает. Только кладет руку на мое плечо, помогая удержать равновесие.
– Я не устала, – гордо сообщаю ему, движением плеч сбрасывая его ладонь.
И пошатываюсь, а он снова поддерживает меня.
Но на этот раз все заходит дальше. Не успев и глазом моргнуть, взмываю в воздух.
Фитц перекидывает меня через плечо, и я внезапно утыкаюсь носом в спину, обтянутую черной футболкой, а мои ноги болтаются на широкой мужской груди.
– Поставь меня! – пинаю я его. – Боже, Фитц!
– Нет.
– Поставь обратно! – Пинаю его еще раз. Сильнее. – Бренна, на помощь!
– Детка, ты весь последний час в одиночку оттягиваешься под металл, – слышу я голос подруги, но увидеть не могу, потому что Фитц все еще притворяется пещерным человеком, добывшим себе женщину. – По-моему, он прав.
Я тоже пойду наверх, как доиграю.
Успеваю заметить ее веселое лицо, прежде чем Фитц утаскивает меня к лестнице.
– Серьезно, – рычу я. – Поставь меня обратно.
– Нет, – он держит меня железной хваткой.
– Я не шучу! Я не игрушка, а человек, у которого есть права!
В ответ доносится лишь приглушенный смех.
Не могу поверить, что он несет меня наверх. Словно я шестилетняя девочка, которой давно пора спать в двухъярусной кроватке от Hello Kitty. Стиснув зубы, бью его кулаком по лопатке.
Никакого эффекта. Мы преодолели уже половину лестницы. Применяю другой подход: пытаюсь ущипнуть за дельтовидную мышцу. Когда и это не помогает, принимаюсь за широкие мышцы спины.
– Прекрати. – Он резко выгибается, словно его подстрелили, и раздраженно чертыхается.
– Только если поставишь на место. – Я продолжаю боевые действия.
Он двигает плечами и спиной в попытке освободиться от моих пальцев.
– Твою мать, Саммер! Щипаться нельзя! – кричит он.
– А тебе, значит, можно хватать меня без разрешения? – кричу я в ответ.
"
"Мы оба задыхаемся. Чувствую, как на затылке и между грудей выступают капельки пота. Из его хватки трудно вырваться. Фитц наконец поднялся наверх и мчится в мою спальню, продолжая сыпать проклятьями, потому что я не прекращаю атаковать мускулистую спину.
– С каких пор ты возомнил себя полицией нравов? – требую я ответа, когда он ставит меня на землю более грубо, чем необходимо. Мои ноги с глухим стуком опускаются на пол.
