— Чарлз не способен понять…
— Это я спрашиваю, а не Чарли, — рассердился Малькольм.
— Так и быть. Он спрашивал, как я могу позволить Линку получить ее? А вопрос получше заключается вот в чем: как я могу подумать о том, чтобы лишить Мелиссу того, кому отдано ее сердце?
— Ты все равно не докажешь мне, что она так его любит, — прошипел Чарлз. — Женщины так непостоянны!
— Хочешь сказать, что Кимберли изменила бы Локлану при первом удобном случае?
— Кимберли исключение, — промямлил Чарлз.
— Кимбер вырастила Мелли.
— Не хотелось бы прерывать этот замечательно бессмысленный спор, — вмешался Малькольм, — но почему Мелли так кричит?
Братья стали снова всматриваться в даль. Как они и предполагали, Линкольн свалился в озеро. Лодка беспомощно подпрыгивала в волнах. Мелисса, стоя на краю причала, истерически вопила, очевидно, звала на помощь.
— Она думает, что он утонул, — догадался Йен.
— Очень на это надеюсь.
— Это не смешно, Чарлз. Нужно как можно быстрее ее успокоить. Кажется, она не видит, что он вынырнул и пытается забраться в лодку.
Оттуда, где она стоит, почти невозможно ничего рассмотреть. Наверное, она разглядела пустую посудину и потеряла голову.
— Мы и добежать до нее не успеем, как он будет в лодке, — заверил Малькольм.
— Все же ей будет легче, если мы будем рядом.
— Говорю же, мы опоздали. Она прыгнула в воду."
"— Будь я проклят! — простонал Йен, плюхнувшись на землю. — Мелли его спасает! Она так боится этого озера и все же готова на все ради любви к Линку.
Ну как, Чарли? Ты желал доказательств? Чего еще тебе требуется?
Чарлз, не ответив на выпад, тихо охнул:
— Она утонула!
Йен снова вскочил, но, как ни старался, не увидел Мелли.
— Она плывет под водой, — в панике бормотал он, стараясь убедить себя. — Иначе быть не может.
— Говорю же, она камнем ушла под воду, словно кто-то потянул ее за ноги.
Но Йен уже не слышал. Вслед за Малькольмом он летел к причалу. Но ни у кого не осталось ни малейшего шанса вовремя оказаться на месте.
Оба были слишком далеко.
Глава 48
Крегора словно вымерла. Ни смеха, ни шутливых перепалок между слугами. Никто не осмеливался говорить в полный голос. Не хотели нарушить скорбную тишину.
Локлан сидел в углу спальни Мелиссы, сжимая руками голову. Щеки его были влажны. Он рыдал, не стесняясь слез. Потому что никогда не чувствовал себя таким бессильным. Он не смог помочь дочери. Не смог помочь жене, которая надрывалась, пытаясь вернуть Мелиссу к жизни.
