«Погранец». Зеленые фуражки

А уже потом организовали из добровольцев полицию. К удивлению селян, таковых нашлось немало – десяток. Двое пришлых, из дезертиров, остальные – местные, на которых подумать не могли. Немцы их в свою форму одели, дали трофейное оружие – винтовки Мосина. На рукавах отщепенцы носили белую повязку с надписью «полиция». Для всех жителей ввели комендантский час. Несколько полицаев успели от наших войск сбежать с оружием в лес, немцы уходили быстро, бросая технику и склады, не до полицаев было. Несколько смогли уйти с пехотой.

На встрече с жителями Федор сразу услышал о предателях. Покарать предателей хотели все. Бойцам показали избы, где проживали полицаи. После обыска их нашли в подвалах. А бургомистр – благообразный старичок, даже не прятался. Когда зашли в его избу, сидел за столом, пил чай.

Всех привели к бывшему сельсовету, где немцы устроили сельскую управу. Пока вели, жители вымещали на них свою злость. Били кулаками, жердями из заборов, пинали ногами, плевали. При всем этом ругали сильно.

Предателей поставили в ряд. Федор попросил жителей принести лопаты.

– Ройте себе могилы, – приказал Федор.

Жалости к молодым парням и благообразному старичку он не испытывал, скорее – отвращение. В одной школе с селянами учились, играли в городки или лапту, а потом встали на сторону врага. К таким пощады быть не должно.

Когда могилы были готовы, предателей поставили на край.

– Бойцы! Товсь! Огонь по изменникам родины.

Грохнул залп. Селяне трупы завалили землей. Федор громко сказал:

– Так будет с каждым предателем. Не бывать немцу на нашей земле. А кто еще захочет гитлеровцам служить, вспомните о бесславном конце вот этих гадов!

По-хорошему надо лес прочесать, всех полицаев выловить. Только сил на это нет. Для облавы лесного массива по меньшей мере батальон нужен, а не шестнадцать человек погранцов.

Селяне покормили бойцов салом, овощами с огородов, и отряд пошел дальше.

На грунтовой дороге попадалась разбитая и сгоревшая техника, немецкая и наша. Трупы лежали. О наших павших должна заботиться похоронная команда, о немцах душа у погранцов не болела. Погранцы, наткнувшись на разбитую снарядом подводу с боеприпасами, набили себе карманы и сидоры патронами.