Пограничье

   Мама Эро прошептала себе под нос совершенно неприемлемое в приличном обществе ругательство, и я бросила на нее недоверчивый взгляд — откуда эта эфемерная женщина вообще знает такие слова? Хуже джиннов ругается — затем испуганный на активную бабульку и, наконец, растерянный — на Павлика.

   А он улыбался, счастливый до безобразия, словно его родственники и не думали выстраивать коварных планов по поводу будущего наших совместных с Павликом детей. Мысль о детях оказала на меня какое-то странное влияние. Я почувствовала, как загорелись щеки, будто я долго-долго бежала навстречу морозному ветру, а потом с разгона влетела в теплую, сухую комнату с камином.

   Я пошатнулась и повторила подвиг мамы Эро. В смысле, выругалась, не так неприлично, как она, но бодрая бабуля услышала и, вместо того, чтобы порицательно покачать головой, рассмеялась молодо и звонко и похлопала мою руку маленькой сухонькой ладошкой.

   — Подружимся! — утвердительно качнула головой и подмигнула мне. — Хотя цвета ты не умеешь выбирать.

   И тут Павлик все-таки рассмеялся и вырвал совершенно растерявшуюся меня из рук своей пожилой родственницы.

   — Ба, не пугай Соню... И отпусти ее, наконец! Она не любит, когда ее трогают чужие люди.

   Действительно, не люблю. Но почему-то как-то это вылетело из моей головы...

   — Сонюш? — вопросительно и нежно заглянул мне в лицо и послал глазами какой-то молчаливый сигнал.

   Бабуля Эро наградила меня очередным плотоядным взглядом и с какой-то просто нездоровой лаской в голосе произнесла:

   — Лорридис! Может, девочке стоит переехать в мой дом? Я уж точно смогу позаботится о ее одежде...

   Лорридис вздрогнула, Павлик хмыкнул, старушка одарила меня нежнейшим взглядом и спросила:

   — Ну, как? Ты в Павлушку нашего уже влюблена безмерно, надеюсь?

   — Простите, но вам какое до этого дело? — я поняла, что произнесла эту фразу вслух только после того, как Павлик одобрительно похлопал меня по талии и шепнул на ушко:

   — Сейчас будет взрыв.

   Но взрыва не было, потому что маленькая старушка, которая в этом довольно большом доме совершенно очевидно была самой главной, произнесла:

   — Ну, что ж... Мой род все устраивает! — скользнула по моей напряженной фигуре благосклонным взглядом и добавила:

   — Детка, не тяни с наследниками. В нашем роду еще не было волков... Не думала, что они такие... миленькие.