— Но он сперва хочет вернуться домой, говорит, надо бы близких своих взять. Уверяет, что три-четыре семьи привести может, если получится сбежать от местного барона. Спрашивал, будут ли им за это какие-то «блага».
— Ушлый тип… Ну если и правда будут три-четыре крепкие крестьянские семьи, то можно смело обещать корову или лошадь. И само собой, железные инструменты и хорошие семена. Пусть ставят себе хутор, земля найдется. Правда, недели две придется их на острове в карантине подержать, чума нам здесь не нужна.
— На это он не обидится.
— Ну и отлично. А теперь давайте-ка спать, завтра нам еще к кораблю топать через этот комариный питомник. Они и здесь эскадрильями жужжат, а уж там… Денек будет тот еще…
Глава 15
Добрыня, не стучась, открыл дверь радиоцентра. Столь серьезное название носила обычная на вид избушка, если не обращать внимания на толстые кабели и паутинки проводов, протягивающиеся к антеннам и генератору на ручье. Посмотреть сверху, будто и впрямь паучье гнездо в паутине.
Хозяин гнезда восседал в настоящем офисном кресле за громоздким столом, изготовленном из толстенных досок.
Ни лака, ни полировки — кое-как выровненная рубанком сосна. Бревенчатые стены, проконопаченные мхом, неровный пол из колотых плах, окна, затянутые мутной пленкой, глиняная и деревянная посуда на полке в углу, топчан, застеленный волчьими шкурами. Изящное офисное кресло выглядело здесь так же к месту, как домашний кинотеатр в индейском вигваме.
Ноутбук, на котором Паук сейчас азартно резался в какую-то игрушку, тоже как-то не слишком вписывался в интерьер.
Радиостанция, как ни странно, вписывалась получше-за счет деревянного корпуса. Местные умельцы в данном случае не стремились к миниатюризации и с размерами сильно переборщили — стационарную поселковую станцию все называли «гроб».
— Паук? Опять, сволочь, играешься?! — с порога начал Добрыня.
Тот, торопливо захлопнув крышку компьютера, торопливо затараторил:
— Да как вы могли такое про меня подумать! Я это… ну… таблицу рассчитывал, артиллерийскую.
— Ишь ты! Врешь и не краснеешь! Совсем совесть в тебе не присутствует. Пшел-ка ты вон с моего кресла. И почему твой гроб еще не включен?!"
"— Так это… Ой, елки! Забыл! Сей момент, сейчас мы этот девайс активируем.
Паук щелкнул тумблером:
— Вот! Пятнадцать секунд, и можно работать. Чуток прогреется, и все.
— Смотри, парень, если не услышу, что говорят, сам виноват будешь. Ты из избы только пожрать и выходишь, да и то не часто.
