— Если вы о том, чтобы я к собаке не привязывался, товарищ старший лейтенант, это вы бросьте. — сказал я, глядя не на него, а на Булата, ждущего у моих ног.
— Как это, бросьте? — Недоуменно нахмурился шеф.
— Так это. Есть у нас с этим псом что-то общее. Судьба похожая. Тут вряд ли получится не привязаться. Нам обоим.
— Вот как?
— Недаром же, он только меня к себе и подпускает. Чувствует похожую душу.
Мы с шефом несколько мгновений помолчали. Неприятную тишину первым нарушил я:
— Мне раньше уже приходилось терять близких людей.
Если уж у нас с Булатом дело пойдет, то что ж. К списку добавится еще и собака.
Таран молчал. Не отрываясь, смотрел на пса.
— Прикажете отдать собаку, — продолжил я, — то что поделать? Приказ есть приказ. Выполню как полагается. А вот, согласится ли Булат такой приказ выполнять, это я вам сказать не могу. Это он сам вам потом покажет. Если придет время.
Таран взглянул на небо. Поправил шапку и вскользь бросил с легкой улыбкой:
— Ну что ж, поживем, увидим. В конце концов, у нас бывало, что из бойцов прямо тут, на заставе, инструкторы получались не хуже, чем в учебке.
А то и лучше.
А потом направился вон от питомника.
— И ты эту хрень с собой потащишь? — Я вопросительно приподнял бровь.
— Ну да, нанижу на донку, вдруг чего помается, — сказал Стас Алейников, демонстрируя мне дохлую ворону, которую он привязал веревочкой за лапу.
Ворону мы нашли по пути к небольшой речушке, впадающей в Пяндж. Река тянулась недалеко от правого фланга, и сегодня, в мой выходной, мы со Стасом, также свободным от службы, отпросились у шефа сходить на рыбалку.
Поймать чего-нибудь на уху.
По правде говоря, рыбачить собирался именно Стас. Он оказался заядлым рыболовом еще с детства. Теперь на его спине, рядом с автоматом, висел матерчатый мешок, полный рыболовных снастей и составных бамбучек.
— Там река неглубокая, но илистая. Закорчеванная, — пояснил он, когда мы шли вверх от заставы, — в тех местах сом клюет.
— Думаешь на эту дрянь его выловить? — Я хмыкнул.
— Ну да. А почему бы и нет? Чем черт не шутит?
Ворона погибла недавно, и признаков разложения на черном пернатом тельце мы не заметили. Она даже еще не окоченела. Это обстоятельство, конечно, вызвало у Стаса недовольство. Он даже прокомментировал:
— Жаль, не воняет. Так вернее бы было. Но может, все равно сойдет.
День сегодня был хоть и прохладный, но безветренный и даже солнечный. Вне тени припекало, и мы бодро шагали по тропе, огибая невысокую сопку.
