— Совершенно верно, Саша, не за этим, — посерьезнел Таран.
Усталое лицо его почему-то ожесточилось. Черты обострились.
— Тогда в чем дело? — Спросил я суховато."
"Примечание: песню, исполненную Сашей (Стихи Сергея Рымарева, посвящается Ю. В. Бабанскому, Сергею Рогалеву, Олегу и Диме), вы можете послушать здесь: https://my.mail.ru/music/songs/1e3b7b3364804ab3a75597bdab6b97f8
Глава 24
Начзаставы, сначала почему-то посерьезневший, вдруг улыбнулся. Сказал:
— Рапорт на тебя напишу начальнику. Представлю к награде.
Я хочу всю группу представить, но тебя отмечу особо.
— Особо? — Приподнял я бровь вопросительно.
— Да. Особо. За то, что Нарыва вытащил.
— Его только увезли, — сказал я. — Пока непонятно, как он там.
— Уже понятно. Давыдов по моей просьбе связывался с отрядом. Нарыва уже Громов прооперировал. Пуля задела ему бедренную артерию. Но теперь уже состояние у Славы стабильное. Видать, увезли к этому моменту, в погрангоспиталь. Так что, Саша, ты ему жизнь спас.
— Я рад, что все обошлось.
М-да… — Протянул Таран и немного помолчал.
— Ух и совестно ему будет, когда очнется и вспомнит, кто его из-под вражеского огня вытянул, — ухмыльнулся Таран. Потом вздохнул. Добавил: — Я понимаю, вы с Нарывом были немножко не в лучших отношениях… Смерть Минина не только по Булату ударила… Но и по Славке Нарыву тоже. Тем ценнее твой поступок получается.
— Я по-другому не мог, товарищ старший лейтенант. Я думаю, никто из нас по-другому не смог бы.
Таран почему-то нахмурился. Отвел прямой и открытый до этого взгляд.
Спрятал от меня глаза.
— Люди бывают разные. В каждом, кто нынче служит на Шамабаде, я уверен, точно так же как ты. Но, к сожалению, бывает и по-другому.
— Разрешите спросить, о чем вы?
— Да так, не о чем, — Таран вдруг приосанился на стуле, натянул бесстрастную маску на свое лицо. — Не обращайте внимание, ефрейтор Селихов. Вы свободны.
— Есть, — я отдал честь и вышел из канцелярии.
Со дня боя на границе пошел почти месяц. Все ближе был срок смертельного дозора. Дозора, в котором, будь на моем месте мой брат, он пропал бы без вести.
Проблема в том, что я точно не мог сказать, когда это произошло. Единственное, что знал — Сашка сгинул в дозоре, на шестом месяце службы.
И вот, минуло уже половина этого самого «шестого месяца». Любой дозор для меня теперь мог стать тем самым. Я был начеку и ждал этого.
Застава до сих пор работала по второму варианту. Потому выходные отменили, а служебная нагрузка на каждого из нас, серьезно возросла.
