Я принялся вставать, но Ихаб пугливо меня остановил, положил руку на плечо.
— Стой! А вдруг не попали⁈ Вдруг они еще там сидят⁈
— Не думаю, что сидят. А вот что лежат, это очень может быть.
Из колокола, висевшего на ближайшем столбе системы связи, раздался сигнал, призывающий связаться с заставой. Я прислонил трубку к уху.
— Селихов? — Спросил Таран на том конце.
— Я, товарищ старший лейтенант.
— Ну и как у вас там дела обстоят? Докладывай.
— Попали. Снайперский обстрел прекратился. Пока сидим в укрытии.
— Тревожная группа подходит на машине. Они заберут Ихаба. Дождитесь их. Дальше выполнять приказ на охрану Государственной границы. Сохранять скрытность и повышенное внимание. В оба глядите. При малейшей провокации или попытке нарушить границу — доложить и дальше действовать по обстановке.
— Есть.
Как я и ожидал, духи обстрела больше и не вели. Что бы ни стреляло с заставы, если даже и не накрыло огневую точку, то как минимум попортило боевикам нервы, и те сразу смылись.
Были у меня определенные мысли насчет того, что же к нам прислали, но делать однозначных выводов я не хотел, пока не увижу это «усиление» собственными глазами.
Группа на шишиге прикатила минут через семь. Возглавляемая старшиной Черпипановым, забрала нарушителей, чтобы доставить их на заставу. Прихватили с собой и тело несчастного осла, ценой своей жизни давшего нам понять, что рядом враги."
"Тогда наряд пошел дальше. Да только места для шуток-прибауток про заставских котов и всезнающую Границу больше не было.
Теперь мы двигались скрытно: переходили от одного удобного места для наблюдения, к другому… Все внимательно слушали Границу. Внимательно осматривались окрестности.
Над Алимом больше никто не шутил.
* * *Несколько часов спустя. Московский погранотряд
— Ты опоздал на несколько дней, Ихаб, — сердито вздохнул Сорокин. — А мы ведь тебя ждали. Да еще и пересек границу средь бела дня, попался наряду.
— Из-за тебя у нас теперь будут серьезные проблемы, дружище, — Хаким устало вздохнул.
Стоя у стола, Сорокина, сложил руки на груди.
Ихаб сидел на табурете, посреди кабинета особистов. Охотник опустил взгляд и молчал.
— От тебя нужен подробный отчет в письменном… — Начал было Сорокин, но Шарипов склонился над ним.
— Какой отчет, Русик? Он не умеет по-русски писать.
Шарипов нахмурил светлые брови, вздохнул.
— От тебя нужен подробный отчет. Расскажешь нам все, что происходило с тобой на той стороне.
— Я сказал им все, что вы от меня хотели.
