Абдула тяжело опустился в тень, и Мариам подошла к нему, попоить его водой.
— Кончилась… — сказала она с горечью, — вода кончилась…
Я достал свою фляжку. Потряс ее. Внутри ничего не было.
— Здесь недалеко, — сказал Тарик Хан с лошади, — есть небольшая пещера с родником.
— Стоянка призраков, — не спросил, а отметил как факт я."
"Тарик Хан не ответил сразу. Несколько мгновений он таращился на меня.
— Да. Но не постоянная. Мы время от времени останавливались там, когда ходили этими дорогами.
— Он весь горит! — испуганно сказала Мариам, потрогав лицо Абдулы.
— У него температура! Он весь сухой!
— Тепловой удар, — констатировал я, приблизившись к Абдуле и заглядывая ему в глаза. — Скажи, как тебя зовут?
Абдула ничего не ответил. Но я должен был понять, насколько сильно ухудшилось его состояние.
— Как тебя зовут? Назови свое имя.
— Аб… Абдула Рашид…
Старик быстро заморгал, сощурил глаза. Потом указал на вершину одной из скал, что возвышались за нашими спинами.
— Там вода. Я слышу, как там шуршит вода.
— У него галлюцинации, — констатировал я.
— С отцом никогда такого не было! — в испуганной растерянности проговорила Мариам. — Папа! Отец! Ты слышишь меня?!
— Что нам делать? — спросил Карим. — Саша, что нам делать?
Я поднялся от старика. Мариам с Каримом уставились на меня полными страха глазами. Я обернулся к Тарику Хану. Он пристально смотрел на меня с коня. Лицо его ничего не выражало.
«Я должен доставить его на Шамабад, — подумал я. — Но и Абдулу пообещал защищать».
И тогда я решил рискнуть.
— Где, говоришь, твой родник? — спросил я у Тарика.
— Немного дальше по тропе.
— Хорошо. Тогда слезай с коня. Верхом поедет Абдула.
***
Тарик Хан прислонился спиной к сырой стене неглубокой пещеры. Некоторое время он наблюдал за тем, как шурави укладывает старика на гальку, у воды, где попрохладнее.
Небольшой родник выбивался на поверхность в глубине пещеры. Вода бежала между камней и разливалась неширокой кристально прозрачной лужицей с дном, устланным мелкой галькой.
— Абдула, как ты? — спросил шурави у старика. — Говори со мной, слышишь? Спать тебе нельзя.
Девчонка тем временем мочила тряпки в роднике. Мальчик набирал фляжки.
Тарик оторвал от них взгляд. Потом медленно глянул наверх, над собой. И увидел его. Нужный камень.
— Обложи его влажными тряпками, — продолжал шурави. — Особенно голову. И сюда, под шею.
— Может… Может положить его в родник? — спросил мальчик Карим.
— Нельзя. Слишком быстро охладится.
