Пограничник. Том 8: Операция "Ловец Теней"

— Так… Как мы пойдем? — спросил он.

— Теперь уж точно не здесь, — ответил я решительно.

Тогда я решил повернуть. Но пойти несколько иной дорогой, что предлагал Тарик. Это была каменистая тропа, пролегавшая по дну ущелий и у подножия скал.

Шли медленно. И хотя я собирался больше не останавливаться, понял, что не выйдет. Абдула выбивался из сил. Страдал от жары. Конечно, пастух все еще был достаточно крепким мужчиной и много времени проводил под солнцем. Но, видимо, душевное напряжение, все события, что пережил он за последние несколько суток, подкосили его здоровье.

— Я же говорил тебе, шурави, — сказал Тарик Хан, сидевший в седле, — что к Белой Скале тебе пройти не получится.

Мы двигались неширокой тропой по дну ущелья. Солнце стояло прямо за нами. Оно пекло, грело камни так, что это чувствовалось даже сквозь подошву сапог.

Абдула, поддерживаемый Каримом, шел у самых скал и старался держаться тени. Он выглядел плохо. Мариам то и дело обеспокоенно протирала ему лицо мокрой тряпкой, клала ее ему на голову.

— Не получилось той дорогой, я пойду этой. Так или иначе, к вечеру ты будешь уже на Шамабаде.

Тарик смолчал. Я видел, как нахмурилось его лицо. Он сомневался. Но в чем?

Я глянул на Абдулу. Старик шел, раскрыв рот и глубоко дыша.

— Сделаем привал, — сказал я. — Десять минут.

Все тут же расселись на камни. Абдула тяжело опустился в тень, и Мариам подошла к нему, попоить его водой.

— Кончилась… — сказала она с горечью, — вода кончилась…

Я достал свою фляжку.

— Здесь недалеко, — сказал Тарик Хан с лошади, — есть небольшая пещера с родником.

— Стоянка призраков, — не спросил, а отметил как факт я.

Тарик Хан не ответил сразу. Несколько мгновений он таращился на меня.

— Да. Но не постоянная. Мы время от времени останавливались там, когда ходили этими дорогами.

— Он весь горит! — испуганно сказала Мариам, потрогав лицо Абдулы. — У него температура! Он весь сухой!

— Тепловой удар, — констатировал я, приблизившись к Абдуле и заглядывая ему в глаза.

Абдула ничего не ответил. Но я должен был понять, насколько сильно ухудшилось его состояние.

— Как тебя зовут? Назови свое имя.

Старик быстро заморгал, сощурил глаза. Потом указал на вершину одной из скал, что возвышались за нашими спинами.

— Там вода. Я слышу, как там шуршит вода.

— У него галлюцинации, — констатировал я.

— С отцом никогда такого не было! — в испуганной растерянности проговорила Мариам.