Пограничное поместье

В седле она держалась уверенно и свободно, так что герцог сделал вывод, что в пути они будут гораздо меньше времени, чем он предполагал вначале. И это хорошо. Герцог торопился навстречу Полине, опасаясь недоброжелательности сестры и эльфийки по отношению к своей невесте.

Вестник от брата и сигнал магической почты случились одновременно. Леди Дейзи взяла в руки послание: ничего, почта подождёт, а вестник будет виться перед глазами, пока его не возьмёшь в руки. Развернув записку, Дейзи бегло просмотрела послание и растерянно опустила руки.

Вот, как?! Эта неизвестная ей управляющая, о которой в столице ходило столько слухов, оказывается уже невеста Эрика! А она, Дейзи, только-только настроилась на выгодный брак брата с дочерью великого леса. В этом браке они оба равны по положению, по уровню магии, по богатству, наконец. Конечно, жаль, что они не пара, но сколько угодно браков существует по договору и ничего. И тут вдруг: Эрик нашёл пару! А не ошибается ли он? А не применила ли к нему ушлая землянка приворот? Ведь, честно говоря, и она с Синриэль хотели договориться с ведьмой именно об этом – о надёжном привороте. Что же теперь делать?

Машинально Дейзи раскрыла шкатулку маг-почты и вынула запечатанный свиток гербовых бумаг. Насторожилась: что мог прислать брат на официальном документе. Потянула кончик нити, вскрывая восковую печать и развернула лист. Родовая магия Мартенсенов откликнулась на знакомую силу и текст послания стал понятен и доступен для чтения. Окинув его внимательным взглядом, герцогиня свернула лист и задумчиво прикусила нижнюю губу.

Та-а-к… избежать оглашения документа невозможно, но, кто сказал, что это надо сделать немедленно. Прихватив, полученные распоряжения, герцогиня торопливо направилась в покои эльфийки: посоветоваться. И даже не взглянула на кристалл записи, который остался лежать на дне почтовой шкатулки.

– Риэль, кажется, у нас появились трудности!

Эльфийка отвлеклась от работы. Она была неплохим артефактором и многие амулеты делала для себя сама.

Знали об этой её особенности очень немногие.

– Что случилось, дорогая? – мягко спросила она.

Человек, более внимательный и умный, нежели герцогиня Мартенсон, давно бы заметил фальшивую доброжелательность и искусственную улыбку, но Дейзи, занятая только собой, не обращала внимания на окружающих, пока они ей не становились нужны. Да ей было наплевать на отношение окружающих. Она сама относилась к ним с равнодушием и пренебрежением. Так что обе дамы стоили друг друга.