В тот момент ей показалось, что стоило ей войти, как все эти существа уставились на нее. Она всей кожей ощутила их любопытные взгляды.
Судорожно сжав похолодевшие пальцы, она подняла голову вверх. Но вместо привычного потолка там оказался прозрачный купол, сквозь который был виден космос, усыпанный мириадами звезд.
Инга резко опустила взгляд под ноги и едва не упала.
Вместо привычного пола ее ждал тот же прозрачный материал, под которым лениво шевелились устрашающие нирманские скаты и еще какие-то твари, чьей стихией был жидкий метан.
Когда-то Инга смотрела научно-познавательный фильм о Нирме, планете, где вода была твердой как камень, а метан плыл по речным долинам и бассейнам в полярные озера. И сейчас, чтобы немного прийти в себя, она начала мысленно перечислять названия этих тварей.
Но резкий и четкий голос принца заставил ее встрепенуться.
— Амон адмирал, я рад, что вы решили почтить нас визитом и представить ко Двору это восхитительное создание. Вы же не против, если мы познакомимся с ней поближе?
Толпа в зале замерла.
Стихли все голоса. Даже музыка стала тише, будто невидимые музыканты боялись прогневить шумом Его Высочество.
Инге показалось, будто за спиной, там, где должен был стоять Аллард, разверзлась воронка. Что бы не имел в виду принц, на что бы он не намекал, его адмиралу это пришлось не по вкусу.
— Мое имущество — ваше имущество, мой принц, — в холодном тоне Алларда не мелькнуло ни единой эмоции. Он склонил голову в церемонном поклоне и тут же выпрямился.
"
"— Я даже не сомневался, — в словах Онезиса сквозило самодовольство. Поднявшись с кресла, в котором сидел, он поманил девушку пальцем. — Подойди к нам, дитя.
Инга нагнула голову, чтобы уж точно спрятать лицо в тени капюшона, и выполнила приказ. Еще никто не называл ее так небрежно и так снисходительно. Но перед тарианским наследником, прожившим несколько сотен лет, она и в самом деле была как ребенок. Такой же глупой, слабой и беззащитной.
Принц восседал в громоздком кресле из материала, похожего на застывшую пену.
У этого кресла была высокая спинка и подлокотники. Их облепили несколько молодых теркхаев, разглядывавших необычную гостью с алчным блеском в глазах.
Само кресло стояло на возвышении, к которому вела пара широких ступенек. На верхней из них, у самых ног Онезиса, полулежали две девушки почти обычной земной наружности. Инга даже на секунду решила, что это и в самом деле землянки.
