Его слова, от тайного смысла которых подташнивало, и то, как по-хозяйски небрежно от трепал по затылку своих бритых на лысо абийянок.
В Алларде этой ненависти не было. Да, зачастую адмирал вел себя жестко и даже жестоко по отношению к ней. Но при всей его холодности и неприступности, в нем обитало тепло, которое он скрывал даже от себя самого.
Ему была свойственна забота о близких. О своем экипаже, о женщине, которую он сделал своей, и даже о ее ребенке, совершенно чужом и ненужном ему.
Инга хотела, но не могла игнорировать этот факт.
Аллард действительно позаботился о ее сыне, каким бы странным это не казалось после всего, что между ними случилось. Только теперь, когда Лоранд заставил ее посмотреть на всю ситуацию с другой стороны, она начала понимать, что Аллард сделал единственно правильный выбор.
Да, ее сын далеко, зато он жив и здоров. И кто знает, что стало бы с ней, если бы Тим не пережил адаптации и умер у нее на руках.
Думать об этом не хотелось. Чувство вины и сожаление о собственных глупых ошибках были еще слишком острыми.
Тряхнув головой, Инга отогнала ненужные мысли. Сейчас у нее другая проблема, и ее тоже нужно решать.
— Где мы? Все еще в космосе?
— В какой-то мере. Два дня назад корабли состыковались с Альфой Тариана. Это гигантская космическая станция, на которой находится императорская резиденция.
— А те омраны… Их на самом деле казнили? Они мертвы?
— Все еще думаешь о них? Поверь, ты делаешь только хуже. Твои эмоции бьют из тебя, как фонтан, а это именно то, чего жаждет принц.
Тогда, на казни, он пил тебя взахлеб и не мог оторваться.
— Хотите сказать, что меня не случайно заставили на это смотреть?
— Разве ты сама еще не поняла? Тебя заставили прожить тот день также, как его прожили приговоренные. Ты ела ту же пищу, что и они, надевала ту же одежду. Ты провела целые сутки в карцере с мыслью о скорой смерти, так же, как и они. Тебе внушали, что ты скоро умрешь, готовили к смерти! И знаешь, зачем?
От холодных, жестоких слов канцлера кровь отхлынула с лица девушки.
— Зачем? — повторила она непослушными губами.
— Чтобы ты до конца прочувствовала все, что пришлось испытать этим омранам. И чтобы у тебя больше не возникло желания пережить это еще раз.
— Так учат непослушных ливарри… — вспомнились слова Стеллы.
Инге казалось, что с момента ее неудачного побега прошла целая вечность, а на самом деле — всего несколько дней.
