Инга невольно хмыкнула: ну да, амонам же неведомы чувства. И сожаление тоже.
Женщина с бриллиантом шевельнулась. Она отступила назад и с невозмутимым достоинством опустилась в мягкое кресло, приготовленное для нее.
Вторая гостья осталась стоять, пристально разглядывая Ингу. И той показалось, что незнакомка испытывает легкое любопытство, в то время как от старшей амани исходили волны холода и предубеждения.
Помня о наставлениях Лоранда, Инга двинулась в сторону женщин.
Кровь запульсировала в ее висках, отбиваясь в такт сердцу.
И девушка едва не запнулась от волнения, когда за ее спиной захлопнулись двери.
Неужели эта высокая — мать Алларда?
А вторая, значит, невеста. Та самая, императорских кровей…
Инга остановилась в трех шагах от кресла. По тарианскому обычаю, теперь ей следовало встать на колени и приложиться лбом к протянутой руке амани. Но старшая из женщин продолжала сидеть, не шевелясь, и лишь холодно-изучающе смотрела на девушку. Кажется, она совершенно не собиралась ей помогать.
Повисло напряженное молчание.
Оно грозило уже затянуться, когда старшая амани неожиданно произнесла:
— Значит, землянка.
Инга вздрогнула от звука ее голоса: колючего и сухого, будто осколки льда.
— Да, я с Земли, — ответила она как можно тверже. — Это имеет значение?
Но та открыто проигнорировала ее.
— Наш император был одним из тех, кто поддержал запрет на вывоз землян, — повернувшись к канцлеру, заговорила амани. — Вы знаете, как я отношусь к вам, Лоранд, но такое попрание законов вызовет межгалактический скандал.
— Законы меняются. Императоры тоже.
Инге показалось, что в тоне канцлера мелькнула тень насмешки.
Тарисса Сорн Дайлер еще сильнее выпрямила спину, хотя, казалось, сильнее уже некуда. Ее высокомерный тон ударил, подобно хлысту:
— Вы играете в опасные игры, Лоранд. Смотрите, как бы ваши интриги не обернулись против вас самого. Сегодня власть в ваших руках, но что будет завтра?
— О, мне приятна ваша забота, Тарисса. Но поверьте, я в ней не нуждаюсь. Инга, — он обернулся к застывшей девушке и кивнул.
Та сделала еще один шажок к креслу. Но все ее существо воспротивилось тому, что должно было произойти. Инга не хотела вставать на колени. Не хотела кланяться этой холодной, бездушной женщине. Что-то внутри нее протестовало против этого ритуала, который казался ей варварским.
Но если она хочет отвоевать место рядом с Аллардом, ей придется пройти через это.
Медленно опустившись на колени, девушка потянулась к руке Тариссы.
