За прошедшие месяцы она стала еще красивее, чем ему запомнилось. Ее темные волосы были уложены в высокую элегантную прическу, нескольку локонов касались плеч. На ней было изысканное голубое платье, и от нее пахло лилиями. Этот аромат будоражил, сводил с ума. Но хуже всего было то, что она все еще оставалась помолвленной с Брэнфордом. Кристиан наблюдал за ней – украдкой, разумеется, но не смотреть на нее он не мог – и заметил, что она только один раз танцевала с женихом. Брэнфорд стоял в другом конце зала в окружении большой группы своих поклонников и поклонниц и что-то важно вещал.
А они ловили каждое его слово. Не приходилось сомневаться, что маркизу это очень нравилось.
Сара бо́льшую часть вечера провела, смеясь и болтая с Мэг Тиммонс у стола для закусок. Кристиан радовался, видя ее улыбку. Она казалась расстроенной, когда он во время танца спросил, как у нее дела. Но здесь она явно была в своей стихии – наслаждалась музыкой, танцевала с разными молодыми людьми, болтала с подругами. Кристиан пригласил леди Клэр на второй танец – та с большой охотой согласилась, – и его явный успех привел к тому, что на следующее утро он нанес ей визит, вооружившись букетом фиалок.
Леди Клэр была рада его видеть. Она удивила его тем, что проигнорировала полдюжины других ухажеров, прибывших раньше него, – все они были с розами – и предложила ему покататься в парке. Кристиан мгновение размышлял, но потом решил, что единственным более неприличным поступком, чем увезти молодую леди от такого количества ухажеров на прогулку в парк, может быть только отказ это сделать.
Тем более что инициатива исходила от самой молодой леди. К тому же именно этого он и добивался – внимания симпатичной, ни с кем не связанной молодой женщины, которая ищет себе мужа. Так какого черта он ждет?
Они едва выехали на Роттен-Роу в новом двухколесном экипаже, как Кристиан горько пожалел о своем решении. Оказалось, что лорд Брэнфорд и леди Сара тоже отправились на прогулку.
Кристиан первым заметил коляску маркиза – массивную, богато украшенную, с гербом.
Потом его взгляд скользнул по ее пассажирам. Маркиз больше всего напоминал павлина, купающегося в лучах воображаемого восхищения всех присутствовавших в парке. А Сара… похоже, ей было скучно. Ее лицо казалось напряженным, глаза – пустыми, и она, похоже, не слышала ни слова из его хвалебной речи.
Когда их коляски сблизились, леди Клэр воскликнула:
– О, смотрите, это маркиз Брэнфорд и леди Сара Хайгейт.
