― И нам останется лишь придумать способ взять его с поличным, ― добавила Маша, а затем визгнула и подскочила.
― Дорогая, ты просто гений, ― прожурчала ей на ухо Лари, неожиданно схватившая ее за ягодицу. ― Ты возбуждаешь меня все больше и больше.
Маша жутко покраснела и забежала ко мне за спину, укрывшись от своей мучительницы, которая откровенно этим всем наслаждалась.
ГЛАВА 31,
в которой герои вызывают огонь на себя
― Я не могу так больше, я каждый раз подпрыгиваю, когда она сзади подходит! ― жаловалась мне Маша, когда мы сидели с ней вдвоем в трактире «Перекресток», решив в «Веселую долину» не ходить ― во избежание проблем.
Народу в трактире почти не было: у местных был рабочий день, а приезжие в город теперь опасались наносить визиты. Это мы были не в курсе происходящего, за своими хлопотами, а все, кто по этой дороге ездил, уже знали, что в Березняках ночевать не следует ― могут выпотрошить.
Лари нас покинула, решив немедленно пообщаться со сторожем и выяснить, кто его и чем угощал, перед тем как тот уснул.
Маша же посвятила все свободное время тому, чтобы перечислить все жалобы на нашу демоническую спутницу, которые у нее накопились.
Я налил в кружку темного пива из большого запотевшего кувшина, стоящего передо мной на столе, стараясь производить как можно меньше пены. Поэтому ответил не сразу, а лишь тогда, когда завершил этот важный процесс и даже попробовал, не стало ли пиво хуже с прошлой кружки?
― Она ведь даже не скрывает, что просто издевается над тобой. Если бы ты не подскакивала так каждый раз, с таким визгом и писком, она бы давно прекратила, ― попытался я урезонить нашу колдунью.
― Я знаю! Но я не могу не подскакивать! Каждый раз, когда она подходит, она или щипает меня, или хватает за зад, или говорит в ухо что-то неприличное! А я не лесбиянка, в конце концов!
Тут она снова покраснела, как будто что-то вспомнила. Но вслух ничего не сказала, а я и не спрашивал. Сказал же совсем другое, съехидничав, не удержавшись:
― Ну а чего ты от нее хочешь? Она все же наполовину демон желания, вот и желает себе помаленьку.
― Если бы помаленьку! Она… я… да она… ― Маша аж задохнулась от возмущения. ― Я боюсь с ней наедине остаться!
― Ну не думаю, что это так уж серьезно… ― пожал я плечами и отпил из кружки еще. ― Ты большая девочка, и нет необходимости напоминать тебе, что дразнят обычно того, кто реагирует. Ты что, в школе не училась, что ли?
― Училась. И все это знаю. Но ничего не могу с собой поделать, ― жалобно заявила она.
