Поиграйте с Женечкой (СИ)

Немного витевато и слишком тактично сформулировано, но в целом…

— Нет! Ты не хочешь взять много, потому что сама не хочешь давать больше! И это будет психологический долг, а ты не готова быть в долгу. Потому, что в твоей голове есть точка выхода из этих отношений. И мысль о том, что будут какие-то привязки, за которые я смогу эмоционально дернуть…

— Разве я сказал не то же самое?

— Я не даю «в долг» женщинам. Я дарю, Жень. Столько, сколько хочу.

— Ну, хорошо! — пытаюсь я найти компромисс. — Давай, я доеду на такси… — и, ломая себя, добавляю, закрыв глаза, — а ты оплатишь.

— Олег! Ну мне, бл*ть, шестнадцать! — взрываюсь я. — Я не знаю как там у "вас" принято решать такие вопросы. Это мои первые отношения, в конце концов! Я просто делаю так, как считаю правильным! И я далеко не уверена, что мне вставят те нормы, которые приняты в твоем "зрелом" мире. Ты когда затевал всю эту песню не понимал, что я несколько неформатная?!

— Первые… Меня этот расклад не устраивает, Женя!! Тебе не вставляет, когда я проявляю себя, как мужчина? Решаю твои проблемы, забочусь? Это неприятно?

— Приятно! — возмущаюсь я.

— Спокойно! — одергиваю я его. — Ты запутался. И меня пытаешься запутать. Быть может, нам взять еще одну паузу, чтобы разобраться в себе? Ну… если нас обоих не устраивает точка, в которую мы пришли.

— Всё… — обрывает он меня разочаровано. — Ничего не надо.

— Я запуталась с тобой! Чего ты хочешь?! Что я делаю не так?

— Я просто не понимаю, что Я делаю не так! — срывается он на крик, и я вздрагиваю от неожиданности.

Тишина. Он нарушает ее первым.

— Извини, Женечка… — морщится он. — Не хотел кричать.

— Если ты еще не заметил, то я не самая ранимая девочка, чтобы умирать от того, что на меня прикрикнули! Да на меня почти всё время кто-нибудь орёт. Не надо извиняться за свои эмоции — в них нет ничего оскорбительного для меня.

Сжимает мою кисть, оставляя на ладони поцелуй.

— Ты — самая. И то, что на тебя кто-то там орёт…

И опять пространство между нами начинает наполняться его болезненными чувствами.

— Всё… всё… — обнимаю я его. — Какой глупый спор! Остановись и спроси меня заново.

— Когда за тобой приехать?

Вытащив из нагрудного кармана его новый ежедневник, я вписываю ему туда пару телефонов.

— Я позвоню тебе в понедельник, но если вдруг… Это Юркин. Я предупрежу его, что ты можешь позвонить, а это — мой домашний, но меня почти невозможно застать там.

— Спаси… — не давая договорить, я затыкаю ему рот поцелуем.