Поиграйте с Женечкой (СИ)

Поймав мой шкодный взгляд, улыбается и, расслабившись, снова притягивает меня за плечи:

— Женские коллективы — это пи**ец…

Вернувшись в гримерку, где периодически оставляю свои вещи, вижу — все полки из моего трельяжа выворочены, и их содержимое перевернуто на пол.

В шкафчиках ничего ценного или особенного, но неприятно. Подхватываю ежедневник, ручку, одежду…

Здесь я не останусь. Если бы они предъявили мне в лицо — это одно дело, а так — только ощущение грязи и чужой слабости. Я не буду жить в грязи.

«Женские коллективы…»— вспоминаю я Санин комментарий.

У нас так-то еще и мальчики есть! — довольно щелкнув пальцами я иду в мужскую гримерку.

— Привет ребята! — замираю я в дверях, разглядывая их удивленные лица.

«Брутал» и «Сладкий», он же «Гламурный». Работают они больше в сопровождении, чем в модельной теме. Но когда надо хороши и там.

Крошечная гримерка, как и обе женские, — трехместная.

— Принимайте новую соседку! — подмигиваю я растерянным парням и бросаю вещи на свободный трельяж.

— Детка, забеги… — бросает мне Крис, выглянув из кабинета.

Киваю. Заканчиваю разговор по телефону. Захожу.

— Всё в порядке? — пытливо смотрит на меня Крис.

Ожников уже нажаловался?

— Да, — киваю я сдержанно.

Не хочу, чтобы темы моих личных конфликтов как-то доходили до начальства. Надо покусать Чеширского…

Ее взгляд теплеет и расслабляется. Замечаю, что на привычных местах, в ее кабинете нет фотографий.

— Что с коллажами? — теперь я вглядываюсь в нее пытливо.

— Устарели, — хищно ухмыляется она.

Она хочет меня на эти стены? Облизывая губы, улыбаюсь ей в ответ. Хочу радовать ее и таким способом!

— Поиграем… — обхожу ее кресло, ведя пальцем по плечам.

Ее рыжие кудри собранные вверх. И открытая шея притягивает меня.

Крис прогибается. Наклоняюсь, нежно кусая сзади, чуть ниже линии роста волос. Вдыхаю горьковатый сладкий запах ее Шанель.

Несдержанный горячий стон. Моя рука на ее плече. Она целует мои пальцы.

— Поехали сегодня ко мне?

Неделю не видела его.

— Исследуй его губы. Никаких глубоких поцелуев. Только дегустация… только нежности… Совсем немножечко…

— Разогретый Греческий бог? — поднимаю я бровь.

— Да. И оголодавшая моя маленькая хищная богиня!

— Привет, Олег. Отобрал?… Устал?… Отвлекись. У меня подарок для тебя. Маленький, но приятный…

— Иди… — мне, беззвучно.

Выхожу. Моя голова кружится от предвкушения его губ. Делаю парочку глотков уже остывшего кофе, из оставленной на ресепшене кружки Ожникова.