Поиски утраченного завтра

Нет, прекрасная порода, но шумная…

Посреди спальни заканчивали материализоваться три воина хро в черных обтягивающих комбинезонах. Хро очень похожи на землян – может быть, поэтому так искренне нас не любят.

Времени у меня не было совсем, так что я бросился в атаку сразу от дверей, не размышляя и не прикрываясь.

Первого хро я пронзил рапирой в районе грудины, лезвие взвизгнуло, включаясь, я рванул рапиру вверх и развалил шею и голову хро на две части. Скорее всего, он был напичкан имплантами и модернизирован, но мозг все равно почти всегда остается в черепушке.

Второй хро в этот момент вскинул хлыст и рубанул им поперек кровати. Видимо, у него была жесткая установка на выполнение задания, он понимал, что сам не успеет защититься. Ему я отрубил руки, а потом голову. Безусловно, это было верным решением, потому что обезглавленный хро, фонтанируя кровью, еще несколько секунд метался вокруг, махая обрубками рук и пытаясь ударить меня недоступным уже хлыстом.

А вот третий хро, который был дальше всех от двери, успел отреагировать. Развернулся, выставил руки и всадил мне в грудь кумулятивный заряд из пистолета. Мне выжгло сердце и левое легкое, да еще и откинуло на пару метров. Второй раз хро промазал, третий раз стрелять не стал – видимо, до него дошло, во что он ввязался. Но он был тренированный, очень быстрый, и мне пришлось гоняться за ним по спальне секунд десять. Мы расколотили торшер и развели кучу грязи на полу, прежде чем я зажал его в углу, сдавил горло и рявкнул:

Хро закатил глаза и умер.

На всякий случай я вырвал ему сердце, свернул шею и переломал кости в конечностях. Ну ладно, не было никакого «всякого случая», просто я разозлился. И даже не за себя.

Бульдога Юрия Святославовича хлыстом развалило на две части. Я бы сказал, что он не мучился перед смертью, но это было бы сильным преувеличением.

А мальчику Святославу повезло еще меньше. Хлыст отсек ему ногу, разрезал тело от промежности до груди, но сердце и легкие были целы – и он еще жил. Беззвучно пускал кровавые пузыри, подрагивал, глядя на меня, но явно ничего не воспринимая. Болевой шок.

Мне стало чертовски неловко. Я вообще не люблю, когда убивают детей, у каждого должен быть шанс дожить до старости и наделать всяких веселых глупостей.