Поиски утраченного завтра

Они были совершенно спокойны! Ни Тянь, ни Алекс, ни Берхейн опасности не ощущали!

– Что-то не так, – сказал я.

Неужели прочитанную записку все-таки сочли угрозой? Но я ведь ничего не могу изменить, никто не может!

Женщина подошла к нам. Я плохо знал супругу Тон-со, она не любила землян, как и большинство хро, и на мужа ворчала из-за его симпатии… ну, допустим, не к людям, а к Обращенным. Имя развернулось у меня в памяти в ту секунду, когда она остановилась и внезапно взяла меня за руку.

– Госпожа Батти Пея Исишат.

В отличие от мужа, Батти была бронзово-смуглой, даже с золотистым отливом кожи – похожая иногда встречалась у мулаток в Латинской Америке. Черноглазая, черноволосая, полненькая, очень сдержанная и волевая. На ней были белые траурные одежды, в них она казалась яркой и красивой даже в старости и горе.

Батти молча смотрела на меня.

– Я разделяю вашу скорбь, – осторожно добавил я.

– Что он нашел в вас, вывернутые? – спросила она. – Почему мой муж так любил людей?

– Потому что мы очень похожи, – сказал я. – То, что мое сердце смещено влево, а печень находится справа, не делает меня ни лучше, ни хуже, чем хро.

– Дело же не в этом, – ответила она без всякого удивления. – Вы, земляне, иначе смотрите на мир. Вы смотрите назад, вспоминаете прошлое, грустите о прошедшем, радуетесь тому, что уже минуло.

– А как надо? – спросил я с удивлением. Хро не очень-то любили объяснять мотивы своего отношения к нам. Даже Тонсо отмахивался и улыбался.

– Есть только будущее, – ответила Батти. – В него и надо смотреть, ему и надо радоваться. Прошлое сгорело, прошлое – это пепелище. Смотреть в него – значит искать зло.

– Для кого-то, возможно, и так, – сказал я. – Но ведь мы – Обращенные. Мы живем иначе. То, что для других мертво, для нас живо.

Я вдруг вспомнил ани – хрустальную жидкую статую…

– Это все, что у нас есть, хро Батти Пея Исишат.

– Странно, – сказала она задумчиво. – Я очень люблю свою мать, но не вспоминаю. Я знаю, что Пеяни ждет меня в будущем. Там, где конец всего… Там Тон-со, там Пеяни, там моя сестра Кедда…

– Тонсо просил отдать тебе это. – Рука Батти скользнула по одежде и вытащила из незаметного кармана конверт. – Не знаю, что там. Он писал от руки, да еще и на человеческом наречии.