Поиски утраченного завтра

Перебили посуду и дорогие напитки из винного шкафа (а нечего выставлять его в зал, показуха до добра не доводит). Один раз я удачно вспорол Тяню артерию на шее, потом ухитрился отобрать у Вероники нож и вскрыл ей живот.

Еще мы ругались как ненормальные и непрерывно извинялись.

Ситуация была тупиковая, что ни говори. Вероника и Тянь совершенно ясно осознавали, что, если перестанут со мной драться, – умрут.

У меня никаких дурных ощущений не было, но я понимал их проблему. И догадывался, что если умрут они, то достанется и мне.

Потому я в итоге смирился с безумием ситуации, встал и поднял руки. Вероника и Тянь подскочили, несколько раз ткнули в меня ножами и остановились.

– Никита, только не обижайся! – взмолился Тянь.

– Да пустяки, но в глаза больше не бей, – попросил я, стоя в луже крови.

Вероника вдруг сморщилась и ударила меня по голове, так что мир вокруг поплыл. Когда я пришел в себя, то меня уже затащили на кухню. Я сразу поискал взглядом мясорубку – смотрел я в детстве какой-то дурацкий фильм, напугавший меня до полусмерти.

– Никита, я не знаю, что происходит, – пожаловалась Вероника. – Но если мы не попытаемся тебя прикончить, то умрем.

– Все умрем, – рационально уточнил Тянь.

– Понимаю, – сказал я, поправляя лохмотья прекрасного дорогого костюма. Блин, у меня никогда не было такой роскошной одежды. Я мог ее себе позволить, но зачем?

Наверное, придется купить.

Все-таки в таком костюме чувствуешь себя другим человеком.

– Никита, прости, – сказала Вероника.

И они потащили меня к духовке.

Вот тут я напрягся всерьез.

Мне доводилось гореть минут пятнадцать подряд. Это чертовски больно. И даже если мой предел где-то немыслимо далеко, он все же существует.

– Не надо, Тянь! – крикнул я. – Мы же друзья.

На его лице отразилась подлинная боль.

– Ты же все понимаешь, Никита… – начал он.

Что хорошо на кухне – это самое опасное место в доме. Говорят, больше всего преступлений совершается именно там. Тянь несколько десятилетий имел дело с оружием, Вероника вела свой полузаконный бизнес в сфере секса и наркотиков, а вот я двадцать лет отработал судмедэкспертом в обычной уголовной полиции до Обращения и еще десять лет после.

Так что кухни я знал хорошо.

Сколько ни говори поварам, что все на кухне надо обесточивать с концом смены, они не слушают. И ту технику, что в работе постоянно, не убирают.