Поиски утраченного завтра

– Нельзя покидать пост, даже если ссать хочешь! – строго сказал я охраннику.

Лицо у того стремительно покраснело.

– Что же мне, в штаны мочиться?

– Если такой нетерпеливый, то в штаны, – кивнул я. – Меня зовут Никита Самойлов…

– Знаю я, кто вы, – пробормотал охранник. – Велено пускать в любое время…

Он ткнул в экран, и ворота, звякнув, стали открываться.

– Вы это… поймите правильно…

– Да не стану я тебя закладывать, – махнул я рукой. – Но если стоишь на посту, то стой. Бутылку пустую держи под рукой, ты ж мужик!

Я вошел в ворота, те стали закрываться.

Я глянул на особняк. Пожалуй, для этого времени там светилось слишком много окон. Да еще и музыка стала доноситься, едва я пересек линию ворот. Скрипки, флейты и виолончель. Разрушенная дроном часть здания выглядела совершенно восстановленной.

– Выходит, что да, – задумчиво сказал я.

– Там дресс-код, – сочувственно сказал охранник. – Хотя вам, наверное, можно.

Он смотрел на меня с жадным любопытством.

– Завидуешь, что ли? – удивился я.

– Ну да. Вы так вылезали круто… горите и не сгораете!

– Как терминатор, – кивнул я.

– Кто? – Охранник глупо улыбнулся.

Чего я с ним разговариваю? Он ведь даже не землянин, по сути. Родился в Пунди, с младенчества преисполнен идеи Слаживания. Антикварное кино не смотрит.

– Да так, не бери в голову, всего лишь робот-убийца… – вздохнул я. – Волнуюсь я чего-то, приятель. Ты поглядывай внимательнее, ладно? Контроль периметра за тобой?

Парень сразу собрался.

– Нет, на центральном посту.

– Будь внимательнее, – еще раз попросил я.

Нет, мое чувство опасности молчало. Но оно и в «Вавилоне» подвело.

Дверь в особняк была открыта, а за дверью стоял дворецкий во фраке и с подносом. Судя по красоте, благородству и осанке – рили. Надо очень много заплатить рили, чтобы те согласились работать на пенсии, да еще и прислуживать людям. Нет, они нормально к нам относятся, но все же считают себя выше.

Мой простецкий вид и дешевый костюм были окинуты внимательным взглядом, оценены и вызвали едва заметное поджатие нижней губы у дворецкого.

– Я Никита Самойлов, мне разрешено, – сказал я.

– Тогда входите, – ответил дворецкий с достоинством. Протянул поднос. Я взял с него бокал шампанского, тарталетку с черной икрой и прошел.

– Рапиру лучше бы оставить, – сказал дворецкий вслед.

– Не могу, она – мой старый хороший друг, – ответил я. – Где тусня-то вся?

Дворецкий поморщился и плавным жестом указал вглубь дома.