Пой, молись, люби

Машинально она принялась наводить порядок, но вскоре руки у нее опустились. Ради кого ей стараться? Она сказала ему правду, и он не поверил ей. Призналась, что любит, и он опять не поверил. Самое лучшее, что она может сделать, это поехать к нему. Так зачем же она даром теряет время?

— Эва? — Брэд замер как вкопанный в дверях приемной. — Босс ждет тебя?

— Разве мне надо записываться на прием? — Натянутые нервы заставили ее ответить с излишней резкостью, и она тут же виновато вспыхнула:

— Извини. У него есть кто-нибудь?

— Нет, но его ждет вертолет, он собирался лететь на север.

— Ничего, я его надолго не задержу.

Она решительно прошла в кабинет мужа. Зак стоял у окна. Услышав шаги, он круто обернулся и замер, его лицо приняло бесстрастное выражение, а холодные глаза остановились на ней с полным равнодушием. Сердце у Эвы ёкнуло, все заранее подготовленные слова улетучились из головы.

— Этого я никак не ожидал, — медленно произнес он. — Я полагал, у тебя хватит гордости не устраивать здесь сцен.

— Я не собираюсь устраивать никаких сцен.

— Тебе здесь нечего делать. Возвращайся домой. Все равно ты не скажешь ничего такого, что стоило бы слушать.

— Но ты должен меня выслушать! — воскликнула Эва.

— Зачем? Я не хочу тебя больше видеть, вот и все.

Кровь отлила от ее щек. По пути в Новый Орлеан она не думала, что он встретит ее с такой непримиримостью. Если бы в нем до сих пор бурлил гнев, ей было бы легче, но отказ выслушать ее, высказанный с холодной отчужденностью, казался окончательным и бесповоротным.

— Зак, разве ты никогда не совершал опрометчивых поступков, о которых потом жалел? — в отчаянии произнесла она.

— Да, женился на тебе.

Эва вздрогнула как от удара.

— Не говори этого, Зак. Ты сказал однажды, что безгрешных нет. Я понимаю, что ты имеешь право сердиться…"

"— А я не сержусь. — На миг в его глазах промелькнуло болезненное выражение, но он тут же отвернулся.

Не веря своим ушам, Эва затрясла головой. Она никогда прежде не могла представить, что ей может быть так тяжело.

— Зак…

Он сдвинул белый манжет рубашки, взглянул на часы.

— У меня нет на тебя времени.

— Если ты скажешь еще хоть слово, я могу возненавидеть тебя до конца жизни, — еле выговорила она.

— Своими мыслями можешь поделиться с адвокатом, но только не со мной. — Он направился мимо нее к двери.